Левады

Высадившись на Мадейре, первые поселенцы сразу оценили необычайно мягкий климат и поразительное плодородие почвы. Эти столь благоприятные природные условия, дополненные чарующим пейзажем, должны были внушить им самые радужные надежды на успех рискованного предприятия, к которому они приступали. Но столь же очевидны были и огромные трудности, которые предстояло преодолеть ради успешной и процветающей колонизации. Подобно предшественникам легендарного Робинзона (Robinson), заброшенным на пустынный, неведомый остров, они должны были совершать настоящие чудеса героизма, расчищая целинные земли и возводя и обустраивая свои первые, весьма неудобные жилища.

Они сразу же столкнулись с двумя препятствиями, которые, возможно, казались непреодолимыми: буйной гигантской растительностью, плотным лесом покрывавшей всё пространство от океанского побережья до горных вершин, и невероятно пересечённым рельефом. По всей поверхности острова от высочайших возвышенностей непрерывно расходились отроги, образуя высокие пики и глубокие долины.

С беззаветным упорством они приступили к первым сельскохозяйственным работам: расчищали густые заросли и должным образом подготавливали грубые участки земли для первых посевов. Вскоре стало ясно, что использование водных ресурсов станет одной из главных их забот и потребует тяжёлого труда. Эта задача неизменно переходила от поколения к поколению, принимая самые разные формы и образуя обширную сеть экономических и общественных интересов, которая заслуживает тщательного и обстоятельного исследования, к сожалению, до сих пор не проведённого.

После начала этих первых работ без промедления потребовалась новая система орошения, которая позволила бы использовать природное плодородие невозделанной почвы и получать от неё наибольшую отдачу.

Именно особые условия среды, присущие этому краю, обусловили строительство первых каналов, или акведуков, впоследствии получивших название левад (levadas, оросительные каналы). Они стали ценнейшей основой сельского хозяйства Мадейры. Можно представить себе, какие неимоверные усилия потребовались для осуществления этого первого начинания и какие трудности возникали при его выполнении, особенно когда орошаемые земли находились далеко от соответствующих источников.

В превосходной статье, опубликованной несколько лет назад, причины, оправдывавшие строительство этих тогда ещё примитивных сооружений, были весьма точно и выразительно изложены в следующих словах: «Сельское хозяйство должно было стать основой экономики создаваемого ими общества, однако приобрести широкий размах и принести значительную выгоду оно могло лишь на приморских склонах, холмах и в долинах. Там состав почвы, плодородие земли, мягкость температуры и умеренный ветровой режим обеспечивали бы обильные и ценные урожаи, принося неисчислимые выгоды населению, донатариям, Военному ордену Христа (Ordem Militar de Cristo) и короне. Именно там прежде всего располагалась область лучших культур — винограда и сахарного тростника, — которые уже тогда начали возделывать и которые впоследствии принесли Мадейре известность, славу и богатство, неизменно обеспечивая метрополии значительные доходы даже в самые критические и неблагоприятные для Португалии времена.

Однако эти земли невозможно было интенсивно, постоянно и с выгодой обрабатывать без оросительных вод, которые регулярно увлажняли и удобряли бы почву, поддерживали бы насаждения зелёными и полными соков, укрепляли и обогащали их не только летом, но также в течение части весны и осени и вообще во время засух, возможных даже зимой. В то же время почти все ключи и источники находились на возвышенностях, в горах; их воды стекали в ручьи и реки, а по ним — в океан. Поэтому сразу возникли необходимость и замысел на определённых высотах перехватывать естественный поток воды и отводить её в чрезвычайно полезные каналы. Их прокладывали на огромные расстояния вдоль отвесных скал и через бесчисленные препятствия, преодолеть которые можно было лишь с героическим упорством, пока вода не достигала самых плодородных и многообещающих областей. Таково замечательное и благотворное устройство левад — важнейшего фактора сельского хозяйства, а следовательно, и всех экономических и финансовых условий острова Мадейра».

Гигантская работа по сооружению левад продолжалась веками. Борьба за приобретение соответствующих водных потоков и владение ими, неоднократно происходившие по этой причине народные восстания, создание объединений ереушей (heréus, совладельцев прав на воду левады) для эксплуатации и распределения воды, частые судебные тяжбы, многочисленные законы, принятые для регулирования этого вопроса, а также споры в парламенте, административных органах, печати и на общественных собраниях дали бы обильный материал для обширного и интересного исследования, как мы уже сказали выше.

Всё это показывает настоятельную необходимость наших левад и их первостепенное значение для экономики архипелага. Одновременно поселенцы расчищали густую лесную растительность, покрывавшую гребни и склоны, усердно готовили пахотные земли к трудоёмкой обработке и без промедления направляли к ним обильные источники, которым предстояло оросить первые сельскохозяйственные культуры.

Как известно, земли орошаются главным образом с помощью левад. Правда, некоторые возделываемые участки зависят исключительно от дождей, однако так называемые ценные культуры, то есть виноград и сахарный тростник, а также бо́льшая часть зелени и овощей орошаются многочисленными левадами, разбросанными по всему острову. Эту систему орошения нельзя считать присущей исключительно данному региону, но в нашей стране она почти уникальна и обладает собственными особенностями, отличающими её от других подобных систем.

В некоторых странах оросительные каналы превосходят наши сооружения лишь своей пропускной способностью и объёмом проводимой воды. Почти всегда их прокладывают непосредственно в грунте, не возводя иных сколько-нибудь значительных инженерных сооружений. Обычно они не слишком длинны и предназначены для орошения земель, порой обширных, но расположенных на небольшой высоте. Поэтому неудивительно, что некоторые технические специалисты по общественным работам, прибывшие с материка, признавались: письменные описания мадейрской ирригации не давали им ясного представления ни о сети наших левад, ни в особенности о том, как они принимают и проводят воду и как затем её распределяют по орошаемым землям.

Эти акведуки представляют собой узкие протяжённые каналы, вырытые в земле и обычно сложенные из прочной алвенарии (alvenaria, местное название плотного базальта, используемого как строительный камень). Как правило, их ширина не достигает метра, а глубина лишь изредка превышает 50–70 сантиметров. Некоторые левады имеют протяжённость в несколько десятков километров. Обычно они начинаются в высоких центральных районах острова и берут воду из наиболее полноводных рек, питаясь обильными источниками, чьи воды беспрепятственно текут по каменистым руслам этих рек. Для этого левады порой огибают высокие крутые горы, пересекают отвесные ущелья и пробивают горные толщи. Эта опасная работа длится долгие годы, требует огромных капиталовложений и уносит немало жизней; левады дают земле оплодотворяющую её кровь, а растениям — сок, благодаря которому они обильно плодоносят. Тот, кто близко знаком с невероятно пересечённым рельефом наших земель, причудливыми очертаниями склонов и высотой горных хребтов, соседствующих с глубокими долинами и опасными обрывами, легко оценит колоссальные усилия, которых потребовало это гигантское и чрезвычайно полезное сооружение, в высшей степени достойное страны, задумавшей и осуществившей его.

Может показаться удивительным, а при беглом взгляде — даже неправдоподобным, что эти оросительные каналы, столь дорогостоящие, сложные и трудные в строительстве, способны обеспечить достаточную отдачу от вложенного капитала. Однако в действительности они служат главным источником процветания мадейрского сельского хозяйства, особенно так называемых «ценных культур», и, как было вкратце показано выше, одним из важнейших факторов процветания всего архипелага.

Неоспоримо, что значительная часть наших пахотных земель жаждет надлежащего ухода и плодотворной воды, которая сделает их плодородными и продуктивными. Нужно извлечь из этой бесплодной и невозделанной почвы таящиеся в её недрах изобилие и богатство, превратить унылые равнины в зеленеющие полосы земли, приносящие прекрасные, превосходные плоды. Необходимо пахать и возделывать эту плодороднейшую землю, дав работу и движение множеству рук, которые бездействуют из-за отсутствия полезного и подходящего занятия, о чём мы уже неоднократно говорили.

В отчёте «Автономного управления сельскохозяйственной гидротехники Португалии» (Junta Autónoma de Hidráulica Agrícola de Portugal) за 1937 год в обоснование использования оросительных вод утверждается, что оно помогает поглотить избыток населения, предоставляя работу бездействующим людям и тем самым улучшая экономическое положение сельского населения.

Если этот довод справедливо и обоснованно применим к землям материковой Португалии, то к плодороднейшим угодьям Мадейрского архипелага он относится в полной и безусловной мере.

Каждый, кто обратится к «Переписям населения» (Censos da População), проводимым раз в десять лет, легко убедится, что Мадейра отличается самой высокой плотностью населения в стране, если не считать крупных скоплений жителей в городах Лиссабон и Порту. Эта плотность намного выше, чем почти во всех областях материка, а при сравнении со многими из них различие становится поистине несоразмерным.

Чтобы доказать это, достаточно сказать, что по плотности населения округ Порту превосходит лишь округ (distrito) Фуншал: в первом насчитывается 304 жителя на квадратный километр, тогда как на Мадейре — 270. Между тем в округах Бежа, Эвора, Порталегри, Браганса и Каштелу-Бранку плотность населения составляет соответственно 20, 21, 24, 27 и 36 жителей на квадратный километр. Если не считать Порту, наиболее густонаселён пропорционально округ Брага, где плотность достигает около 140 жителей на квадратный километр; однако и он уступает округу Фуншал, где, как уже сказано, она составляет 270.

Согласно переписи населения 1920 года, на Мадейре проживало 179 000 жителей, а согласно переписи 1930 года — 211 000, то есть за десять лет население выросло на восемнадцать процентов; перепись 1940 года даёт нам число 250 000.

Если авторитетное мнение «Автономного управления сельскохозяйственной гидротехники» (Junta Autónoma de Hidráulica Agrícola) полностью обоснованно, то тем более оно применимо к Мадейре, население которой растёт пугающими темпами.

К счастью, проблемы, непосредственно связанные с изложенным выше, близки к удовлетворительному разрешению благодаря обнародованию декретов № 33 158 и 33 159 от 21 октября 1943 года. Далее в этом небольшом исследовании мы рассмотрим их подробнее.

III — Расход воды

Расход воды в каждой леваде весьма различен и обычно зависит от обилия питающих её источников и ключей. Некоторые левады проводят особенно много воды: её делят на четыре потока, одновременно орошающих земли в четырёх удалённых друг от друга местах. Другие, менее полноводные, разделяются лишь на два или три потока и одновременно орошают участки в двух или трёх разных местах. Наконец, существуют и другие оросительные каналы — их большинство, — вся вода которых направляется на один участок, поскольку питающий их поток невелик. В начале оросительного периода, когда воды больше, потоки левад иногда можно разделить на ещё большее число частей, чего трудно добиться в поздние месяцы засушливого сезона. Такие ответвления обычно называют рукавами или участками левады.

Расход воды, предназначенной для орошения каждого отдельного участка, также значительно различается, хотя и остаётся в определённых пределах. Из замеров, проведённых на многих левадах обычно в самый засушливый период, следует, что непрерывный поток в 12 литров воды в секунду — это уже небольшой расход, достаточный для орошения некоторых культур. Есть левады и с меньшим расходом, но их крайне мало. По каждому из четырёх рукавов, или участков, левады Пиорнайш (левада Ракитников, Levada dos Piornais) непрерывно течёт около 30 литров в секунду; такой расход обилен и более чем достаточен для любой культуры. Между этими величинами, которые приблизительно можно считать максимальной и минимальной, находятся расходы отдельных потоков, орошающих земли в каждом месте.

Как уже отмечалось, было бы полезно составить ведомость или таблицу с приблизительными замерами воды каждой левады, однако полного исследования такого рода никогда не проводилось; лишь для государственных левад оно было выполнено частично. В подробном отчёте, составленном выдающимся инженером в 1911 году, мы читаем, что каждая из двух левад Рабасал (Levadas do Rabaçal) — «старой» и «новой» — в так называемый засушливый период имела средний расход 80 литров в секунду. Для орошения каждая из них разделялась на три отдельных рукава, так что средний расход каждого из этих шести участков составлял 26 литров в секунду. Замеры, проведённые в 1943 году, показали, что расход упомянутой «старой левады» составлял 65 литров в секунду, а «новой левады» — 86 литров. Согласно тому же отчёту, расход левады Санта-Лузия (левада святой Луции, Levada de Santa Luzia), левады Орташ (левада Огородов, Levada das Hortas) и левады Бон-Сусесу (левада Богоматери Доброго Успеха, Levada do Bom Sucesso) в то время составлял соответственно 15,31, 17,5 и 27,4 литра в секунду. Эти данные, хотя и неполные, позволяют приблизительно судить об объёме воды, обычно питающей наши левады.

Помимо потерь общего характера — вследствие просачивания, испарения и т. д. — расход воды в левадах заметно сокращается из-за недостаточного облесения, особенно у питающих их источников; из-за тайного отвода воды через проломы в стенках акведуков; из-за отсутствия частого и надлежащего ремонта и, прежде всего, из-за самовольного сооружения так называемых «сакадаш». В одной статье журнала «Португал эм Африка» (Portugal em Africa) им было дано совершенно точное определение: «Они представляют собой небольшие стенки из камня и комьев глины, возведённые поперёк потока и отводящие воду на земли в руслах рек, которые не следовало бы возделывать, либо на склоны, подлежащие облесению. В результате левадам, начинающимся ниже по течению этих рек, достаются лишь стоки, нередко совсем ничтожные, что наносит огромный ущерб сельскому хозяйству плодородных приморских районов».

IV – Работа левад

После того как от истоков родников проложены водоводы и в них собрана вода соответствующих источников, начинаются оросительные работы. Нередко их проводят на большом расстоянии от мест, где берут начало левады. Их регулярная работа подчиняется так называемому обороту полива (giro) — промежутку между поливом какого-либо участка и следующим его поливом. Число дней в этом промежутке, как правило, никогда не меняется, за чем ведётся самый строгий надзор. Когда говорят, что участок «имеет один час воды (hora de água, право на час воды из левады за оборот) в пятнадцатидневном обороте полива», это означает, что в течение обычного оросительного сезона данный участок имеет право на полив раз в пятнадцать дней. Оборот полива на частных левадах бывает самым разным и иногда, хотя и редко, достигает шестидесяти дней, однако чаще всего он составляет от пятнадцати до двадцати дней. Некоторые левады «работают по обороту полива» круглый год, но их воду используют не всегда, особенно в самый суровый зимний период. На государственных левадах обороты полива ограничены определённым сроком: с первого мая до последнего дня сентября.

Как и следовало ожидать, эти обороты полива обычно осуществляют владельцы земель, их арендаторы или испольщики, а также любые работники, нанятые ими для этой цели. Здесь уместно упомянуть ереушей: первоначально так называли земледельцев, обрабатывавших земли, которые орошались водой из левад, но позднее это слово стало в более строгом смысле обозначать самого владельца — крупного или мелкого — прав на эту оросительную воду.

V — Управление

Частными левадами, принадлежавшими ереушам, первоначально управляли те, кто их построил и обладал правами собственности на них. Позднее собственники — или, точнее, пользователи воды — стали назначать администратора (administrador do concelho, назначенный правительством глава муниципалитета), который вёл дела соответствующей левады и которого называли судьёй левады (Juiz da Levada, управляющий левадой). Правда, государство всегда считало себя единственным собственником источников, питавших различные акведуки; более того, в официальных документах порой утверждалось, что и сами левады принадлежат государству. Однако на практике во всём архипелаге соблюдалось обычное право, согласно которому ереуши считали себя владельцами и хозяевами левад, а также собственниками или по меньшей мере бессрочными пользователями питавших их водных потоков. Поэтому левадами управляли ереуши через избранных ими судей, хотя этот выбор должен был быть одобрен или утверждён донатариями, генерал-губернаторами, губернаторами и генерал-капитанами либо гражданскими губернаторами. Во многих случаях, хотя и не всегда, губернаторы назначали судей и скрепляли указы об их назначении. Однако подобное вмешательство в управление левадами обычно было лишь соблюдением формальности: в действительности соответствующие ереуши заранее сами выбирали судью. После принятия в 1868 году Гражданского кодекса такое утверждение прекратилось, и собственники вод и левад стали управлять ими через ежегодно избираемые правления, которые назначало общее собрание ереушей. Закон от 26 июля 1888 года наделил собрание ереушей правосубъектностью, превратив его в настоящую ассоциацию со всеми гарантированными законом правами и сделав управление левадами ещё более независимым.

Старинное наименование «судья левады» давно вышло из употребления; некогда эта должность была предметом соперничества, и занимали её обычно уважаемые люди. В официальном документе, направленном правительству метрополии в 1812 году коррежедором (corregedor, королевский окружной судья) судебного округа (comarca) Антониу Родригиш Велозу де Оливейрой (António Rodrigues Veloso de Oliveira), содержатся следующие заслуживающие цитирования сведения о судьях левад: «…У левад есть судья, ежегодно избираемый большинством голосов ереушей и утверждаемый распоряжением (provisão) Казённой палаты (Junta da Fazenda), а также левадейру (levadeiro, смотритель левады, распределяющий воду). В обязанности судьи входит распорядиться о ремонте левады после зимы и пустить по ней воду первого апреля. Некоторые судьи получают плату водой сверх своей старинной положенной доли; другие распределяют расходы между ереушами пропорционально (soldo a livra), а если те отказываются платить, обращаются к судье по королевским правам за исполнительным предписанием о возмещении упомянутых расходов; наконец, третьи возмещают расходы и получают за управление один день воды из левады, и это обычный и разумный порядок».

Здесь уместно хотя бы вкратце упомянуть ассоциацию, созданную в этом городе в 1903 году под названием «Лига левад» (Liga das Levadas). Она предназначалась для защиты прав и интересов акведуков, получавших воду из источников, которые впадают в реку Санта-Лузия (святая Луция, Ribeira de Santa Luzia), и объединяла прежде всего леваду дона Изабел (Levada de D. Isabel), леваду Моиньюш (левада Мельниц, Levada dos Moinhos) и леваду Санта-Лузия (Levada de Santa Luzia). Значительные услуги этой ассоциации оказал инженер-строитель Виторину Жозе душ Сантуш (Vitorino José dos Santos): он не только руководил всеми делами, в которых Лиге приходилось участвовать, но прежде всего создал важный архив. В нём хранились ценные материалы для подробного изучения вод и левад этого острова — как с исторической, так и с технической и юридической точек зрения.

«Лига левад» была распущена, и мы не знаем, куда поступило на хранение это ценное и обширное собрание документов. Хотя они принадлежали частному обществу, их было бы весьма желательно передать в Окружной архив Фуншала (Arquivo Distrital do Funchal).

Что касается так называемых «государственных левад», расходы на строительство, содержание и эксплуатацию которых покрывались из общих государственных доходов, то ими управляли прежние управления общественных работ этого округа, а позднее — соответствующее техническое учреждение Генерального совета округа (Junta Geral), естественным образом предназначенное для надлежащего выполнения этой важной работы.

Как мы увидим далее, декрет от 21 октября 1943 года внёс ряд изменений в порядок управления левадами.

VI — Первые изыскания

Первые сельскохозяйственные угодья появились на побережье и не могли располагаться далеко от водотоков или источников, вода которых должна была орошать возделанные земли. Вскоре площадь этих угодий пришлось значительно расширить, и сразу возникла необходимость доставлять воду на бо́льшие расстояния по левадам. Трудности и препятствия, которые приходилось преодолевать, всегда были и по сей день остаются поистине чрезвычайными, а порой почти непреодолимыми. Однако на протяжении пяти столетий работы по прокладке левад никогда не прекращались. Всего несколько лет назад в горах Рибейра-да-Жанела (Река Окна, Ribeira da Janela) начали осуществлять новый многообещающий проект, но по веским причинам его пришлось прервать.

Сооружение этих каналов с присущими им примечательными особенностями стало славной традицией труда, упорства, изобретательности и здравого смысла, которая необычайно прославляет и возвышает землю, где был задуман и столь плодотворно осуществлён этот замысел. Теперь, более четырёх столетий спустя, особенно отрадно вспоминать о прозорливости наших предков. Вскоре после начала заселения они открыли эту богатую золотую жилу, благодаря которой наше сельское хозяйство должно было стать продуктивным, преуспеть и разбогатеть, что в полной мере и произошло с течением времени.

С середины XV и до конца XIX века эта традиция оставалась неизменной; иными словами, строительство левад велось непрерывно и упорно, за исключением тех случаев, когда веские обстоятельства могли оправдать его временную приостановку.

Однако эти колоссальные усилия, как часто бывает с великими начинаниями, имели скромные истоки, и понадобились долгие годы, прежде чем работы достигли полного размаха. Как нетрудно предположить, первые левады были весьма примитивны — как по устройству акведуков, их протяжённости и способу забора воды, так и по методам орошения участков, подвода и распределения воды. Лишь время, местные условия и опыт могли подсказать, как на практике с наибольшей пользой применять преимущества этого нового способа орошения земель.

Было бы интересно с относительной точностью установить, какие места первыми воспользовались неоценимыми благами левад, однако теперь это почти невозможно. Предполагается, что древнейшие участки земли, орошавшиеся по новой системе, находились по берегам реки Санта-Лузия (святая Луция, Ribeira de Santa Luzia). Вероятно, недалёк от истины будет и тот, кто предположит то же самое о землях по берегам реки Машику (Ribeira de Machico) и реки Камара-ди-Лобуш (Ribeira de Câmara de Lobos) вблизи побережья.

VII — Старинные левады

В разных местах этого краткого исследования мы старались подчеркнуть важность и необходимость левад, указывая не только на их древность, восходящую ко времени первоначального заселения острова, но прежде всего на необычайные усилия, затраченные на сооружение соответствующих акведуков. В подтверждение этих слов и в качестве исторической подробности, достойной упоминания, приведём несколько отрывков из повествования падре Гаспара Фрутуозу (Gaspar Frutuoso), относящихся к нашей теме:

“

«Близ источника, откуда берёт начало вода речки Рибейра-душ-Сокорридуш (Река Спасённых, Ribeira dos Socorridos), от неё отвели леваду, чтобы приводить в движение сахарную мельницу (engenho) Луиша де Нороньи (Luís de Noronha). Говорят, что от лугара (lugar, поселение, по рангу между городком и приходом), где её начали отводить, до места, где начинаются орошаемые плантации сахарного тростника, добрых четыре легуа: ведь воду приходится выводить извилистым путём из такой глубокой речной долины, чтобы она поднялась до поверхности земли и затем пошла через ломбу, имения и огромные скалы высоко в горах, по которым проходит эта левада. Перепад высот здесь превышает шестьсот брас. По этому очень крутому склону воду проводят зигзагами по деревянному жёлобу (cale), пока она не выйдет на освоенную землю. Несомненно, одно лишь доведение воды до этого места обошлось более чем в двадцать тысяч крузадо, не считая гораздо больших затрат на проведение левады оттуда ещё на четыре легуа. При этом погибло немало людей: работники трудились в корзинах, привязанных к канатам и подвешенных к скале, словно сборщики орсели (красильного лишайника). Во многих местах скала настолько отвесна и крута, что устроить площадки для установки желобов иным способом было невозможно, поэтому приходилось подвергаться этим опасностям. Вода проходит по двумстам восьмидесяти секциям желоба; если поставить их в ряд одну за другой, их общая длина составит четверть легуа. Они сделаны из досок тила (Ocotea foetens, мадейрский лавр); большая часть досок имеет двадцать палму в длину и два с половиной в ширину. После того как эти желоба закрепляют на скале, смотрители левады ходят прямо по ним. Они постоянно следят за их ремонтом и исправностью, очищают их от грязи и камней, которые туда падают, а также выполняют другие необходимые для левады работы. За это они получают высокое жалованье, поскольку их ремесло сопряжено с чрезвычайно тяжёлым трудом и большой опасностью».

“

«В этой скале находится большая пещера, которая служит жилищем смотрителям левады и складом необходимых припасов: мотыг, кирок, железных ломов, остроконечных кирок, кувалд и прочих инструментов. Ежегодно туда доставляют десять или двенадцать пип вина для работающих на леваде и для других людей, которые приходят помогать им восстанавливать её, когда ломаются отдельные секции желобов. Тот, кто увидит всё это собственными глазами, сочтёт почти невероятной ту необычайную и дерзкую выдумку, благодаря которой отсюда удалось отвести эту воду».

Как уже говорилось выше, несколько левад существовало ещё в XV веке, однако важнейшие из них относятся к XVI веку. Об одной такой леваде, ныне полностью исчезнувшей, в «Тоске по родной земле» (Saudades da Terra) говорится следующее — эти слова заслуживают того, чтобы привести их здесь:

«Чтобы орошать плантации сахарного тростника в этом городке и в Канисале (Тростниковые заросли, Caniçal), воду по леваде отвели с такого далёкого расстояния, что от места её истока до городка будет четыре с половиной или почти пять легуа. На неё израсходовали более ста тысяч крузадо, поскольку вода шла из высоких гор и глубоких долин. Говорят, что при её строительстве пробили два пика из твёрдого камня, ибо иного выхода не было. Генуэзец Рафаэл Катанью (Rafael Catanho), обладавший той великой предприимчивостью, которая свойственна почти всем иностранцам, и особенно людям его народа, первым начал отводить эту воду, а затем король повелел довести работу до конца. Однако из-за больших расходов этой левадой уже не пользуются». Из той же «Тоски по родной земле» мы уже приводили несколько интересных отрывков о другой леваде, сохранившейся на берегах Рибейра-душ-Сокорридуш.

В отчёте, направленном центральному правительству в 1813 году губернатором архипелага, сказано, что «есть левады, обошедшиеся своим владельцам в десять, двадцать и тридцать тысяч крузадо, а на их ежегодное содержание расходуется по шесть-семь тысяч».

VIII — Право собственности на воды

Правительства метрополии приняли множество мер в отношении вод Мадейры, прежде всего обеспечивая их использование для орошения возделываемых земель. Существует обширный и важный свод законодательных актов по этому вопросу. Он охватывает не только положения о владении водами и правах на них, но и об их разделении и распределении, управлении левадами и т. д.

Древнейший известный акт, касающийся левад, — грамота инфанта Фернанду I (Fernando, Infante of Portugal), изданная в 1461 году. Она предписывала назначить двух приведённых к присяге мужчин, которым надлежало распределять воду. Эта грамота зарегистрирована на листе 207 тома I Архива Муниципальной палаты Фуншала (Arquivo da Câmara Municipal do Funchal), а на листе 222 того же тома находится другая, датированная 1485 годом, с предписанием «по воскресеньям пускать воду всем ереу».

Поскольку старые левады берут начало в верхней части острова, необходимо было закрепить право на воду за землями нижней зоны, где выращивают так называемые ценные культуры. Поэтому уже с давних времён существовало особое законодательство, призванное не допустить отвода этих вод на цели, отличные от первоначально установленных. Ещё грамота Жуана I (D. João I), воспроизведённая в другой грамоте короля Жуана II (D. João II) от 7 мая 1493 года, устанавливала, что ни одно частное лицо не может ни обладать, ни приобретать на каком-либо основании право собственности или владения источниками, водовыпусками и ключами. Такое же положение содержится в упомянутом акте Жуана II, а также в другом акте того же монарха от 8-го числа того же месяца и года.

В грамоте от 8 мая 1493 года говорится: «...Посему повелеваем вам, капитанам, и прочим... если к вам явится какой-либо житель или уроженец названного острова (Мадейры), взывая к исполнению вашей судейской обязанности — вершить правосудие между сторонами, о чём мы весьма заботимся, — и если какой-либо могущественный человек станет препятствовать и запрещать, чтобы через его свободную треть (terça) наследства проходила и текла левада, которая некогда там проходила и текла, но по какой-либо причине или случаю, из-за небрежения или повреждения левады перестала течь, то вы и ваши преемники в этой должности выслушаете обоснованную жалобу. Затем без дальнейшего промедления и без соблюдения духа и формы судебного разбирательства вы велите вернуть названную леваду в её прежнее первоначальное состояние, русло и течение, уведомив об этом могущественного человека, препятствующего леваде. Вы не станете его слушать и не позволите и не допустите, чтобы он приводил в свою пользу доводы, основанные на праве, ибо мы лишаем его такой возможности во всём до тех пор, пока названная левада действительно не потечёт и не пройдёт далее. Под страхом штрафа в пятьсот крузадо вы прикажете ему ни лично, ни через других не запрещать и не препятствовать течению и прохождению названной левады; мы считаем, что при нарушении этого запрета он тотчас подвергается указанному штрафу, половина которого пойдёт на выкуп пленников, а половина — пострадавшей стороне. Если же он проявит упорство, вы велите заключить его под стражу и вызовете его, чтобы в течение двух месяцев, считая со дня отплытия первого корабля с этого острова, он лично явился к нашему двору и объяснил, почему не подчинился тому, что вы повелели ему от нашего имени». Жалованная грамота (carta de mercê) короля Мануэла I (D. Manuel) от 9 февраля 1502 года подтвердила прежние акты, касавшиеся вод на острове Мадейра, а распоряжение Жозе I (D. José I) от 5 марта 1770 года придало новую силу прежней правовой доктрине в следующих выражениях: «Довожу до вашего сведения, коррежедор судебного округа острова Мадейра, что Леандру Перейра де Коуту и Андради (Leandro Pereira de Couto e Andrade), капитан пехоты Порту-ду-Паул на этом острове, сообщил мне в своём прошении, что он управляет несколькими фидеикомиссами, состоящими из недвижимого имущества. На некоторых из этих земель берут начало различные источники, воды которых, соединяясь с водами других источников, текут к мельницам Фажан-да-Овелья (Фажан овцы, Fajã da Ovelha). В праздничные дни некоторые лица пользуются этой водой и продают её, поскольку она им не нужна для орошения своих земель. Это причиняет просителю ущерб, так как он не может использовать на своих землях соответствующее количество воды, берущей начало в его владениях; поэтому он просил меня распорядиться о передаче ему во владение вод, относящихся к его источникам. Рассмотрев также прочие приведённые им доводы и сведения, которые вы прислали мне об этом прошении, я счёл за благо и повелеваю вам в соответствии с распоряжением господина короля Жуана II от 1493 года, копию которого вам направляю, произвести разделение и распределение вод, не принимая во внимание, берут ли они начало на частных землях, а также какое-либо владение или обычай, свидетельствующие об обратном. Продажу и передачу за чинш вод, собирающихся в упомянутой леваде, следует объявить злоупотреблением, поскольку эти воды надлежит распределять между жителями соразмерно площади возделываемых ими земель...»

Королевский указ (alvará) от 19 октября 1562 года возложил надзор за левадами на донатариев. Им надлежало распоряжаться об их прокладке и очистке и распределять воду за определённую плату, однако при таком распределении преимущество следовало отдавать владельцам плантаций сахарного тростника или сахарных мельниц.

Как сообщается в примечаниях к «Тоске по родной земле» (Saudades da Terra), в 1563 году были изданы три королевских указа. Первый предписывал жителям берегов рек под председательством старшего гласного (vereador) Муниципальной палаты Фуншала регулярно расчищать и укреплять русла. Второй требовал исполнения прежних распоряжений о ежегодной очистке левад. Третий устанавливал, что при распределении воды первенство должно отдаваться плантациям сахарного тростника, а цену воды в каждой капитании должен был определять соответствующий капитан-донатарий совместно с «почтенным человеком, сообразно количеству и пользе, которую она приносила».

Закон от 12 ноября 1841 года подтвердил действие законодательства о водах и лесных насаждениях на острове Мадейра. Однако положения Гражданского кодекса, не всегда ясные, если и не отменили, как мы не утверждаем, то сделали спорными некоторые привилегии, которыми пользовались левады. Лишь после опубликования закона от 20 апреля 1914 года эти привилегии были признаны за левадами, которые обладали приобретёнными правами на момент опубликования Гражданского кодекса. Тем самым было положено конец затруднительному положению многих таких левад, вызванному толкованием, которое высшие суды давали статьям 438, 444 и 450 упомянутого Кодекса. «Правовой режим, — пишет доктор Н. Ф. Жардин (N. F. Jardim) в № 4 журнала «Ревишта ди Дирейту» (Revista de Direito), — которому подчинялись оросительные воды на острове Мадейра до введения Гражданского кодекса, был приспособлен к местным условиям и проникнут дальновидным стремлением содействовать созданию левад и обеспечить их существование как главного фактора сельскохозяйственного развития региона. Поэтому он полностью отошёл от норм общего права, отказав владельцам земли в каком-либо праве собственности или владения источниками, воды которых естественным путём стекали в реки, питавшие левады.

Этот режим, закреплённый многовековым непрерывным обычаем и различными законодательными актами, в том числе известной жалованной грамотой Жуана II от 7 мая 1493 года, был прямо объявлен действующим статьёй 3 закона от 12 ноября 1841 года. Он оставался в силе до вступления в действие Гражданского кодекса в соответствии со статьёй 5 закона от 1 июля 1867 года».

“

«В той жалованной грамоте были употреблены ясные и точные выражения: „Посему мы признаём за благо и постановляем, чтобы ни одно частное лицо не имело права, власти или притязаний на источники, выходы и отводы воды, берущие начало на принадлежащих ему землях…“ „При том же правовом режиме ни принцип, ныне закреплённый в статье 444, ни ограничения, которые единственный параграф статьи 438 налагает на приобретательную давность, не распространялись на Мадейре на источники в частных владениях, если их воды естественным путём стекали в речки, от которых были отведены левады. Владельцы этих земель не имели никаких признанных прав на такие источники, а для предоставления левадам исключительного права пользования этими водами было достаточно одного того, что они естественно, без искусственных сооружений, стекали в упомянутые речки».

“

«При таких условиях очевидно, что на момент вступления в силу Гражданского кодекса мадейрским левадам для подтверждения приобретённых прав на любой из упомянутых источников не требовалось иного правового основания, кроме фактического занятия и владения водным потоком, в образовании которого участвовали воды этих источников. Приобретательной давности, основанной на таком владении, нельзя было с полным основанием противопоставлять отсутствие гидротехнических сооружений во владениях, откуда поступали воды. Подобные сооружения не требовались для направления в речку вод, которые стекали туда естественно, без искусственного вмешательства; кроме того, как мы уже отметили, действовавшее до тех пор многовековое право не требовало такого условия для обеспечения прав левад».

“

«Однако после вступления Кодекса в силу некоторые владельцы земель, где находились источники указанного рода, ссылаясь на буквальное толкование единственного параграфа статьи 438 и статьи 444, стали присваивать себе право свободно распоряжаться соответствующими водами. Они отказывались признавать права и владение левад, почти всегда многовековые, если это владение не было обозначено каким-либо гидротехническим сооружением на их землях, что по указанным нами причинам случалось крайне редко».

“

«Возникшая таким образом борьба между владельцем земли, где находился источник, и левадой, которая при прежнем правовом режиме получала эту воду и владела ею, породила бесчисленное множество судебных разбирательств. В судах острова победу обычно одерживали левады, однако в вышестоящей инстанции они проигрывали: там из-за менее полного знания местных обстоятельств и особого правового режима, о котором мы говорили, утвердилась доктрина, направленная против левад и сохранения их давнего владения и приобретённых прав; с течением времени эта доктрина становилась всё более выраженной».

“

«В результате по всему острову стало множиться число сооружений, предназначенных для отвода вод с прилегающих земель от речек, притоками которых они служили, и направления их в другие места исключительно в интересах владельцев этих земель и сооружений и в ущерб левадам. Тем самым питавший левады водный поток постепенно сокращался. Если бы положение не изменилось, вскоре многие речки пересохли бы, питавшиеся от них левады исчезли, а орошаемые ими земли стали бесплодными».

Закон от 20 апреля 1914 года лишь отчасти исправил это ненормальное положение, поскольку не обеспечил левадам бесспорного владения источниками, берущими начало в чужих владениях, водами которых эти левады на протяжении веков пользовались в полном объёме на основании законного обычного права.

Лишь декрет от 14 февраля 1931 года наиболее точным и полным образом урегулировал этот чрезвычайно серьёзный и важный вопрос, положив конец многочисленным спорам — порой острым и всегда пагубным, — которые крайне отрицательно влияли на нормальную жизнь земледельцев и владельцев возделываемых земель. Несмотря на объём этого декрета и обстоятельный доклад, который ему предшествует, на одной из следующих страниц мы подробно изложим его содержание.

Чтобы разъяснить меры, принятые в отношении водного режима на этом острове, следует добавить, что декрет от 14 сентября 1889 года распространил на Мадейру действие закона от 6 марта 1884 года, а водное законодательство, введённое законом от 1 декабря 1892 года в материковой части королевства (reino, т. е. материковой Португалии), могло также распространяться на Прилегающие острова (Ilhas Adjacentes), если исполнительная власть сочтёт это целесообразным.

Недавние декреты № 33 158 и 33 159 от 21 октября 1943 года содержат ряд положений о владении источниками, предназначенными для питания левад, и об их использовании; заинтересованным сторонам следует обратить на них внимание.

IX – Правовое положение

Вышеупомянутый закон от 20 апреля 1914 года лишь отчасти исправил это ненормальное положение, поскольку не обеспечил левадам бесспорного владения источниками, берущими начало в чужих владениях и веками полностью использовавшимися этими левадами на законном основании обычного права. Тем не менее здесь следует привести его текст: «Статья 1. За юридическими лицами — левадами острова Мадейра — сохраняются права, приобретённые ими ко времени опубликования Гражданского кодекса, на определённые воды, поступающие из источников, находящихся в чужих владениях.

Статья 2. Однако воды, которые после указанной даты были обнаружены в этих владениях их собственниками и не менее двух лет использовались ими исключительно для собственных нужд без возражений со стороны левад, считаются неотъемлемой частью владений, где они были обнаружены, и потому соответствующие собственники могут свободно ими распоряжаться.

Статья 3. С момента опубликования настоящего закона собственники владений, обременённых обязанностью предоставлять воду левадам, могут искать в этих владениях новые источники воды и свободно ими распоряжаться.

§ 1. Однако собственники соответствующих владений не вправе начинать или продолжать там работы по поиску воды, не подав прошения об извещении юридических лиц — левад, — чтобы на втором заседании после извещения назначить экспертов в соответствии со статьёй 235 и следующими статьями Гражданского процессуального кодекса. В ходе осмотра они должны измерить расход воды в леваде и обеспечить ей то количество воды, на которое она имеет право.

§ 2. Измерение, предусмотренное § 1, проводится до первых сентябрьских дождей и в январе.

Статья 4. Тем самым применительно к предмету настоящего закона истолковываются положения статей 432, 444 и 450 Гражданского кодекса, а противоречащее им законодательство отменяется.

Министру юстиции надлежит распорядиться о печатании, опубликовании и исполнении настоящего закона. Дано во Дворце правительства Республики и опубликовано 20 апреля 1914 года. Мануэл ди Арриага — Мануэл Монтейру.

Лишь декрет от 14 февраля 1931 года наиболее точно и полно разрешил этот чрезвычайно серьёзный и насущный вопрос, положив конец различным спорам — порой ожесточённым и неизменно вредным, — которые нарушали нормальную жизнь земледельцев и владельцев обрабатываемых земель. Ввиду важности этого декрета и того света, который он проливает на рассматриваемый нами вопрос, мы, несмотря на его объём, приводим его полностью вместе с предшествующим ему ясным докладом, хотя изложенные в нём положения уже довольно подробно освещены на предыдущих страницах.

“

«Орографический рельеф Мадейры в общих чертах представляет собой горную цепь, протянувшуюся с востока на запад. Её склоны спускаются на север и юг, круто нисходя к океану; их прорезают реки, в которых собираются и текут все дождевые воды и воды источников, выходящих на поверхность на этих склонах. В совокупности здесь образуются две зоны с различными климатическими условиями: прибрежная, где сосредоточены население и наиболее ценные сельскохозяйственные культуры, и верхняя, которая в большей своей части пригодна лишь для лесной растительности».

Из-за этих особых местных условий первые поселенцы Мадейры были вынуждены отводить воду из рек выше занятых ими земель и по соответствующим акведукам доставлять туда воду, необходимую для орошения и бытовых нужд.

Так возникли «левады Мадейры». Поскольку они стали следствием неизменных природных условий региона, очевидно, что та же необходимость, которая первоначально привела к созданию этих сооружений, с течением времени требовала и требует поныне сохранять их как важнейшее условие продолжения местной экономической жизни, всецело связанной с процветанием сельского хозяйства.

Ясное осознание этой истины побудило государство ещё в начале заселения Мадейры, а впоследствии ещё неоднократно, принять законодательные и административные меры, призванные сохранить в неприкосновенности водный сток левад. Как уже отмечалось, он поступает из многочисленных ручьёв и рек, составляющих характерную особенность региона, и пополняется водами источников, которые в разных местах на протяжении пути непосредственно впадают в акведуки.

В сухой сезон, когда ведётся орошение, эти потоки образуются водами источников и ключей, расположенных на землях по берегам ручьёв и рек, где берёт начало каждая левада и находится её водозабор (madre). Более или менее крутой и стремительный уклон позволяет этим водам свободно стекать в русла расположенных ниже ручьёв и рек по мере их течения от верховьев к низовьям. Воды этих потоков вместе с водами, стекающими по пути в акведуки, образуют тот сток, который левады собирают и распределяют для сельскохозяйственных и бытовых нужд возделываемой зоны, снабжаемой этими акведуками.

Поскольку в подавляющем большинстве случаев земли, где бьют источники, находятся в чужой частной собственности, упомянутые нами законодательные акты, справедливо и предусмотрительно стремясь защитить важнейшие интересы, зависящие от сохранения левад Мадейры, установили для этого региона особый правовой режим. Его основой стал отказ землевладельцам в каких-либо правах на источники, воды которых естественным путём впадают в реки, питающие эти левады, или непосредственно в их акведуки.

Это, среди прочих актов, установила жалованная грамота (carta de mercê) Жуана II от 7 мая, гласившая:

“

«Посему признаём за благо, повелеваем и постановляем, чтобы ни одно частное лицо не имело ни права, ни притязаний на источники, выходы и отводы воды, возникающие на его землях…»

При этом режиме, действие которого было подтверждено статьёй 3 закона от 12 ноября 1841 года, а позднее также законом от 26 июля 1888 года, наделившим левады Мадейры правосубъектностью, за ними закреплялось пользование водами, о которых идёт речь. Для этого не требовалось иного правового основания, кроме фактического занятия и владения потоками, в образовании которых участвовали эти воды. Приобретательной давности, основанной на таком владении, нельзя было противопоставить отсутствие гидротехнических сооружений на участках, откуда поступала вода: никаких сооружений не требовалось, чтобы направлять в реки воды, естественно и без искусственного вмешательства стекавшие в них, да и закон не предусматривал такого условия.

Описанное нами правовое положение сохранялось на протяжении четырёх столетий и столь действенно защищало левады, что позволяло им пресекать попытки хищнического присвоения воды, когда течение какой-либо реки или поток питающего её источника пытались отвести от естественного русла для иных целей и направлений, уменьшая тем самым сток расположенных ниже левад.

Это положение изменилось после обнародования Гражданского кодекса. Вследствие чрезмерно буквального толкования статей 444 и 438, единственного параграфа той же статьи, а также статьи 5 закона от 1 июля 1867 года, утвердившего Кодекс, возникло мнение, будто прежний режим левад Мадейры подпал под отменительную формулу упомянутой статьи 5. Согласно этому мнению, новый закон позволял владельцам участков, где имелись источники описанного выше рода, свободно распоряжаться их водами, невзирая на владение ими со стороны левад, если на этих участках не было гидротехнических сооружений, которые свидетельствовали бы о таком владении в соответствии с единственным параграфом упомянутой статьи 438.

Эти идеи вскоре воплотились на практике: во многих местах острова начались работы по отводу от рек вод, поступавших с прилегающих участков, а порой и самих речных потоков — исключительно в пользу владельцев этих земель и в ущерб левадам, сток которых из-за этого постепенно сокращался.

Так началась борьба интересов, породившая бесчисленные судебные тяжбы. В островных судах левады обычно выигрывали дела, однако в высших инстанциях терпели поражение: из-за менее полного знания местных условий и особого режима, о котором мы говорили, там выносили решения, противоречившие правам, на которые ссылались левады.

В этих тяжёлых обстоятельствах, грозивших уничтожением левад Мадейры и полным крахом всей местной экономики, государственным властям были направлены обращения с настоятельной просьбой принять законодательные меры для устранения зла. Такое средство предоставил закон от 20 апреля 1914 года, статья 1 которого гласила:

За юридическими лицами — левадами острова Мадейра — сохраняются права, приобретённые ими к моменту опубликования Гражданского кодекса (Código Civil), на определённые воды, поступающие из источников, расположенных в чужих владениях. Очевидно, что приобретённые к моменту опубликования Гражданского кодекса и тем самым сохранённые права мадейрских левад — это права, которые признавались за ними прежним законодательством, то есть особым правовым режимом, основные принципы которого мы изложили ниже:

Именно эти права закон от 20 апреля 1914 года прямо сохранил в статье 1 и косвенно — в статье 4, где статьи 438, 444 и 450 Гражданского кодекса объявлены истолкованными в соответствии с новыми положениями. Юридический и логический смысл статьи 4 применительно к водам, о которых говорится в статье 1, не мог быть иным: приобретение прав, сохранённых статьёй 1, не подчинялось ограничениям, установленным указанными статьями Гражданского кодекса, а должно было регулироваться принципами, действовавшими на момент его опубликования.

Иначе невозможно было бы понять и оговорку, сделанную в статье 1: было бы вопиющим противоречием подчинить приобретённые права, которые прямо намеревались сохранить, требованиям закона, принятого уже после их приобретения, в том, что касается основания и способа такого приобретения.

Благодаря закону от 20 апреля 1914 года была в значительной мере устранена опасность, столь серьёзно угрожавшая многочисленным и значительным интересам, связанным с мадейрскими левадами.

Однако декрет-закон № 5787 от 10 мая 1919 года, поспешно заменивший установленный Гражданским кодексом режим вод новым, вновь поставил эти интересы под угрозу.

Итак, принимая во внимание, что в интересах сельского хозяйства Мадейры следует вновь подтвердить и сохранить права, приобретённые левадами в соответствии с многовековым порядком, при котором эти права возникли; и

Учитывая обращение, направленное правительству Сельскохозяйственной ассоциацией Мадейры;

Пользуясь полномочиями, предоставленными мне пунктом 2 статьи 2 декрета № 12 740 от 26 ноября 1926 года на основании положений статьи 1 декрета № 15 331 от 9 апреля 1928 года, по предложению министров всех ведомств, постановляю придать силу закона следующему: Статья 1. За левадами острова Мадейра сохраняются права на питающие их воды, происходящие из источников в чужих владениях, которые они приобрели к моменту опубликования Гражданского кодекса и которые были оговорены в статье 1 закона от 20 апреля 1914 года.

Статья 2. Владение любой левадой определёнными водами, которые берут начало в чужих владениях и в силу естественных причин вливаются в питающий её поток либо в русло соответствующего акведука в любой точке его пути, достаточно для закрепления за этой левадой права на такие воды, без необходимости возводить какие-либо сооружения в указанных владениях и независимо от их наличия.

Статья 3. Владельцы земель, прилегающих к любому потоку, из которого питаются левады, или к соответствующим акведукам, если на момент опубликования Гражданского кодекса они имели право орошать эти земли водами, отведёнными из данного потока или из источников, впадающих в указанные акведуки, либо впоследствии приобрели такое право законным путём, ни под каким предлогом не могут отводить эти воды за пределы тех же прилегающих земель в ущерб пользе, которую левады получают от сбросных вод и излишков воды после орошения этих земель.

Статья 4. Поиск и разработка источников во владениях, упомянутых в статье 1, подчиняются положениям статей 2 и 3 закона от 20 апреля 1914 года, касающимся этого вопроса, с тем изменением, что измерения, о которых говорилось в единственном параграфе статьи 3, должны проводиться до первых осенних дождей и в конце февраля в течение двух последовательных лет.

Статья 5. Если вследствие работ и изысканий в упомянутых владениях уменьшится объём воды, поступающей в какую-либо леваду из находящихся там источников, владельцы этих владений обязаны восстановить прежний объём.

Статья 6. Помимо предусмотренного общим законодательством права прокладывать свои акведуки через чужие владения, левады острова Мадейра имеют также право доступа к этим акведукам. Сотрудники, которым соответствующие управления поручили их содержание, очистку и устранение засоров, либо «ереу» в те периоды, когда каждому из них принадлежит право пользоваться водой, могут по старинному обычаю проходить вдоль этих акведуков по боковым тропам или дорогам всякий раз, когда такие работы необходимы для обеспечения свободного течения воды.

Статья 7. Признанные таким образом права левад включают право прокладывать во владении, где находится один из источников, упомянутых в статье 1, необходимые трубы для отвода соответствующего потока, если того требует использование источника. Это должно делаться способом, создающим наименьшие неудобства владельцу владения, и без ущерба для положений статьи 4.

Статья 8. Таким образом, применительно к предмету настоящего закона истолковываются положения статей 99 и её единственного параграфа, 102, 105 и 145 декрета-закона № 5787-III от 10 мая 1919 года; противоречащее им законодательство отменяется.

Всем властям, в ведении которых находятся настоящий декрет, имеющий силу закона, и его исполнение, предписывается соблюдать его и обеспечить его полное соблюдение и исполнение во всём, что в нём содержится.

Министры всех ведомств должны распорядиться о его печатании, опубликовании и распространении. Дано во Дворце правительства Республики 14 февраля 1931 года. — ОШКАР КАРМОНА (António Óscar de Fragoso Carmona)».

Как будет показано ниже, декрет от 21 октября 1943 года имеет особое значение для темы этой главы и устанавливает ряд новых положений о собственности на оросительные воды и об управлении левадами.

Особенно важен для этой темы ценный юридический труд доктора Гильерми Морейры (Guilherme Moreira) «О водах в португальском гражданском праве» (Das Aguas no Direito Civil Português), в частности обширная глава № 21 этого высоко ценимого сочинения, озаглавленная «Приобретённые права на воды источников и левад острова Мадейра» (Os direitos adquiridos sobre as aguas das nascentes e levadas na Ilha da Madeira). Это глубокое и добросовестное исследование, хотя с некоторыми утверждениями этого выдающегося профессора и авторитетного правоведа, возможно, и следует не согласиться.

X — Присуждение подряда или продажа левад

Идея передать государственные левады в концессию, подряд или собственность частной компании возникла в фуншальской печати около 1882 года. Главным условием было обязательство подрядчиков полностью завершить проектируемую сеть этих оросительных каналов. Однако идея не встретила поддержки общественности, и ни одна компания тогда не попыталась получить эту концессию, несмотря на выгоды, которые она сулила.

В 1891 году военный инженер Жозе де Ашсенсан Гимарайнш (José de Ascensão Guimarães) вместе с несколькими землевладельцами, заинтересованными в проведении левады Кокин (Levada do Coquim), попросил предоставить ему право эксплуатации этого акведука, обязавшись завершить его строительство без расходов для государства. Прошение отклонили; условия, на которых оно было подано, неизвестны.

Несколько лет спустя группа земледельцев и землевладельцев из приходов Канису (Тростник, Caniço), Сан-Гонсалу (святой Гонсалу из Амаранти, São Gonçalo) и Санта-Мария-Майор (Пресвятая Дева Мария, Santa Maria Maior) направила центральному правительству петицию с просьбой разрешить завершить строительство левады, предназначенной для орошения этих местностей. Для этого они располагали суммой в сорок конту рейсов (conto de réis, миллион рейсов), однако их предложение не было принято.

Около 1893 года наш земляк капитан Мануэл Алешандри де Соуза (Manuel Alexandre de Sousa) попытался получить широкую концессию на ещё не используемые воды этого острова, предназначая их для сельского хозяйства, бытовых и промышленных нужд. Он просил предоставить ему право разыскивать и отчуждать любые источники и обязывался завершить строительство левад в течение десяти лет. Это прошение не получило дальнейшего хода.

На основании положений декрета от 30 сентября 1892 года инженеры Карлуш Рома Машаду де Фария и Майя (Carlos Roma Machado de Faria e Maia) и Анибал Аугушту Тригу (Aníbal Augusto Trigo), после продолжительного изучения вопроса, в июне 1895 года представили правительству предложение о завершении строительства и эксплуатации государственных левад. «Они обязывались, — писала одна из газет того времени, — завершить строившиеся левады в течение двух лет. Они отказывались в пользу государства от премии в размере 10 % на капитал, вложенный в первоначальное строительство и оборудование, на которую, по их мнению, имели право в силу статьи 1 упомянутого декрета, а также от трёх четвертей чистого дохода сверх 6 % всего капитала, вложенного в строительство. Они предоставляли правительству право выкупить всю концессию по истечении 15 лет при условии надлежащего возмещения. Наконец, они предоставляли правительству право устанавливать арендную плату за воду в форме, которую оно сочтёт наиболее выгодной для сельского хозяйства, и при этом обязывались не превышать среднюю цену часа воды в каждом муниципалитете (concelho); эта цена должна была определяться в зависимости от оборота полива и объёма воды в каждой леваде. Поскольку при таком порядке доходы не могли обеспечить окупаемость капитала компании, подписавшие предложение просили правительство гарантировать им доход в размере 6 процентов на весь капитал, вложенный в завершение левад; сметы должно было утверждать правительство, а надзор за работами — осуществлять его представители». Это предложение также не получило дальнейшего хода, несмотря на положительные заключения всех официальных ведомств, через которые оно прошло. Этому способствовали местная печать и партийная политика, а возможно, прежде всего прошение капитана Алешандри де Соузы, который ссылался на своё преимущественное право, основанное на поданной в 1893 году просьбе о концессии. Тогда инженеры Рома и Майя и Анибал Тригу потребовали, чтобы концессия, если она будет предоставлена, разыгрывалась на открытом конкурсе. Парламент принял закон от 21 мая 1896 года, который прямо закреплял право левад на питавшие их воды и разрешал правительству выставить строительство и эксплуатацию мадейрских левад на конкурс в соответствии с условиями, приложенными к этому закону. Конкурс был объявлен декретом от 18 июня 1896 года на основаниях и условиях, установленных законом от 21 мая, с соблюдением положений министерского распоряжения (portaria) от 22 июля того же года. 26 сентября 1896 года подряд присудили капитану Мануэлу Алешандри де Соузе, предложившему скидку в 70 % от окончательной средней суммы, упомянутой в единственном параграфе четвёртого условия, тогда как инженеры Рома и Майя и Анибал Тригу предложили скидку лишь в 21 %. Уже тогда многим казалось, что при таких условиях концессионер не сможет выполнить все пункты договора. Так и произошло. Подрядчик принял руководство левадами, но почти за три года не провёл никаких строительных работ и, оказавшись не в состоянии выполнить условия конкурса, попросил расторгнуть договор и получил согласие. 22 июня 1899 года все службы левад вновь перешли в ведение Управления общественных работ округа. Годом ранее виконт да Рибейра-Брава (Visconde da Ribeira Brava), депутат от Мадейры, внёс в парламент законопроект о продаже левад, датированный 29 апреля 1898 года; он даже был одобрен Палатой депутатов.

Ещё во время действия договора о концессии левад гражданский губернатор (governador civil) округа доктор Жозе Антониу де Алмада (José António de Almada) в служебном письме от 6 ноября 1897 года обратился к правительству с просьбой распространить на этот архипелаг действие декрета от 1 декабря 1892 года, установившего новый водный режим для всей страны. Он также предложил направить на остров компетентного специалиста, который дал бы обоснованное и добросовестное заключение о преимуществах или недостатках применения этого закона. Проведение исследований поручили выдающемуся инженеру Адолфу Лоурейру (Adolfo Loureiro). Он провёл несколько месяцев на Мадейре и в апреле 1898 года вернулся в королевство. По его мнению, декрет можно было применять на Мадейрском архипелаге после внесения некоторых изменений с учётом особых орографических, гидрографических и климатических условий острова.

В 1910 году в Палату депутатов внесли законопроект, разрешавший продать левады, а вырученные средства направить на завершение уже строившихся и проведение новых. Однако этот проект был похоронен в недрах комиссий.

11 февраля 1916 года депутаты виконт да Рибейра-Брава, доктор Карлуш Олаву Коррейя де Азеведу (Carlos Olavo Correia de Azevedo), капитан Америку Олаву Коррейя де Азеведу (Américo Olavo Correia de Azevedo) и капитан Мануэл да Кошта Диаш (Manuel da Costa Dias) внесли в кортесы (cortes, португальский парламент) три законопроекта: о предоставлении автономии Сельскохозяйственному совету, о реформировании так называемого договора колонии (contrato de colonia, мадейрская издольная аренда с разделом урожая) и о продаже с публичных торгов принадлежавших государству левад на острове, которые уже тогда находились во владении Сельскохозяйственного совета. Эти проекты встретили на Мадейре столь сильное противодействие, что их даже не допустили к парламентскому обсуждению.

XI — Существующие левады

На Мадейре существует около двухсот левад. Многие из них имеют небольшое значение и служат для орошения ограниченных участков земли. Наиболее важные принадлежат государству; среди них выделяются левада Рабасал, представляющая собой гигантское сооружение, и так называемая левада Серра-ду-Фаял, протянувшаяся на несколько десятков километров. Государству также принадлежат левады Фураду, Жункал, Серра-ди-Сан-Жоржи, Сан-Висенти и Рибейра-Брава.

Особого упоминания благодаря своей ценности и пользе для сельского хозяйства заслуживают частные левады Пиорнайш и Санта-Лузия — важнейшие из всех, а также Нова-ду-Куррал-и-Каштележу, Мадалена, Бон-Сусесу, дона Изабел, Мойньюш, Орташ и другие; все они находятся в муниципалитете (concelho) Фуншала.

Во всех приходах острова рассеяно бесчисленное множество левад, более или менее значительных в зависимости от местных потребностей. Ниже мы перечисляем по приходам те левады, сведения о которых нам удалось получить; о некоторых из них мы также сообщим различные факты, представляющие интерес для их истории.

XII — Государственные левады

Как уже неоднократно говорилось, первые колонисты начали отводить воду из этих благодатных и чрезвычайно богатых водных потоков и строить значительные акведуки для её доставки, которые мы называем «левадами». Это поистине замечательное дело их наследники и преемники сумели непрерывно продолжать на протяжении четырёх столетий, действуя с величайшей энергией и усердием. Несомненно, государство оказало благотворное влияние, полностью предоставляя источники, регулируя управление и эксплуатацию левад, а также оказывая различную материальную помощь, которая во многом способствовала развитию этого великого предприятия. Однако акведуки строили земледельцы собственными силами, выполняя и все связанные с этим тяжёлые работы.

Вскоре стало ясно, что частная инициатива не способна осуществить предприятие более широкого размаха, которое принесло бы более обильные и благотворные результаты. После долгих лет борьбы, настойчивых ходатайств и предоставления местными властями самых убедительных сведений удалось наконец добиться, чтобы правительство метрополии решило использовать богатые источники, впустую терявшиеся во внутренних районах острова, и приступило к строительству крупных левад, которые ныне орошают земли нескольких значительных приходов.

Немногим более века назад центральное правительство взяло на себя строительство нескольких левад, которые в настоящее время дают наиболее значительные и обильные объёмы воды, используемые нашим сельским хозяйством. Частным предприятиям было бы трудно построить эти левады не только из-за нехватки капитала, но и вследствие отсутствия широкой инициативы со стороны землевладельцев и земледельцев. Чистые поступления не приносят государству дохода, который окупал бы вложенные крупные суммы. Однако повышение стоимости земель и связанное с ним увеличение облагаемого налогом дохода, рост общественного богатства, развитие сельского хозяйства и связанных с ним отраслей, изобилие продуктов для питания населения, особенно зерновых, овощей и т. д., полностью оправдывают предпринятое правительством строительство левад Мадейры.

Некоторые из наших левад — как государственных, так и частных — благодаря своему огромному значению и неоценимой пользе для сельского хозяйства Мадейры заслуживают отдельного рассмотрения. Начнём с важнейших из них — левад Рабасала (Rabaçal), которые служат существенным фактором общественного богатства обширного и густонаселённого муниципалитета Кальета.

Государству принадлежат и непосредственно им содержатся и управляются уже упомянутые левады Рабасала, а также левады хребта Фаял, Жункала, хребта Сан-Жоржи, Сан-Висенти и Рибейра-Брава, Рибейра-ду-Инферну, Монти-Медонью и Фураду.

XIII – Левада Рабасал

Живописное селение Рабасал расположено в глубине острова, на высоте тысячи метров над уровнем моря. Его отделяют около 15 километров от городка (vila) Кальета (Бухточка, Calheta), с которым оно связано хорошей дорогой, построенной несколько лет назад. Как уже говорилось выше, левады в Рабасале питаются водами истоков Рибейра-да-Жанела и нескольких притоков этой речки — самого полноводного водотока на всём острове. Эти источники берут начало на западной оконечности Паул-да-Серра, среди труднодоступного кольца гор, путь к которым долог. Несомненно, ещё с первых времён колонизации эта местность должна была привлечь внимание первых поселенцев не только своей природной красотой, но прежде всего богатством чрезвычайно обильных потоков, бесполезно уходивших в океан. До нас не дошло сведений о каких-либо попытках использовать часть этих вод в течение первых четырёх веков.

Иногда утверждают, что первые попытки использовать воды Рабасала для орошения относятся ко времени испанского владычества (1580–1640), однако нет ни одного документа или надёжного свидетельства, полностью это подтверждающего. Когда в 1835 году начались строительные работы, были обнаружены явные следы прежних изысканий, которые, по наиболее обоснованным предположениям, относятся к третьей четверти XVIII века.

С этим утверждением тесно связано следующее интересное предписание губернатора и генерал-капитана Мадейры Жуана Антониу де Са Перейры, барона де Алверка (barão de Alverca), адресованное сержант-майору (sargento-mor, старшему офицеру в ранге майора) и инженеру Франсишку де Аленкорту и датированное 8 октября 1768 года: — «Как только Ваша милость получите это предписание, отправляйтесь вместе с помощником инженера Франсишку Салуштиану да Коштой в городок Кальета, где Вам надлежит разыскать доктора Франсишку Криштована де Орнелаша и Вашконселуша, а в его отсутствие — ординарного судью (juiz ordinário, местного выборного судью из мирян) этого городка. У него Вы узнаете, кому судья высшего суда (desembargador) и коррежедор поручил сообщить Вашей милости сведения о местах, где берут начало воды, указанные в приложенной бумаге. Затем, прибыв туда, Ваша милость исследуете качество и количество источников и наиболее лёгкий способ использования вод, направив их к полям, называемым Кумеада, а также в приходы Каньяш, Арку-да-Кальета, Эштрейту-да-Кальета, Празериш, Фажан-да-Овелья, Понта-ду-Паргу и далее до Порту-Мониш либо настолько далеко, насколько окажется возможным.

“

«Исследовав всё это, Ваша милость составите план всех этих мест, обозначив на нём водные источники, расстояние, на которое их возможно отвести, и пути, по которым они должны пройти.

“

«Чтобы можно было определить выгоду от использования названных вод, Ваша милость также составите расчёт и смету возможных расходов и пользы, которую может принести возделывание земель этих приходов при орошении такими водами. Всё это следует рассчитать с учётом качества и урожайности земель, цен на плоды и прочие продукты питания на этом острове».

31-го числа того же месяца и года тот же барон де Алверка направил министру и государственному секретарю Королевства пространное донесение о неоценимых выгодах этого предприятия. Он сослался на знаменитые королевские грамоты Жуана I, Жуана II и Мануэла I, о которых мы уже подробнее говорили в ходе этого скромного исследования.

Более века назад (1835) в официальном документе говорилось, что левада Рабасал «возьмёт начало у первых истоков Рибейра-да-Жанела; обогнёт большую впадину, непрерывно набирая воду до Росады на протяжении 192 брас; отсюда пройдёт ещё 310 брас с юго-юго-запада на северо-северо-восток; затем протянется ещё на 120 брас к западу-юго-западу; оттуда, направляясь на юго-юго-восток, достигнет другой большой излучины, по окружности которой до Лигарти насчитывается 432 брасы. Затем она повернёт на север и пройдёт 432 брасы, после чего выйдет в направлении восток-юго-восток к другой впадине длиной 120 брас, ведущей к Пику-Горду; далее последуют ещё 252 брасы по Ломбу-да-Авейра до Пику-ду-Котун, где она повернёт к Кальете через Эштребариаш, прибавив ещё 49 брас, так что общая длина составит 1963 брасы».

Жозе Мария да Фонсека оценил стоимость строительства левады до горы Эштребариаш примерно в 20 конту рейсов — сумму, весьма значительную для того времени. Ещё раньше, в 1819 году, губернатор и генерал-капитан (governador e capitão-general) дон Себаштиан Шавиер Ботелью в предписании центральному правительству настоятельно просил построить леваду. Он предлагал, «чтобы королевская казна (Real Fazenda) выдала аванс, который затем выплачивался бы ежегодными взносами жителей земель, орошаемых этими водами; после этого воды перешли бы в их собственность согласно наиболее подходящему плану».

Мы полагаем, что все эти хлопоты остались безрезультатными, поскольку в 1830 году капитан Антониу Жасинту де Фария Андради де Бетанкур обратился к правительству метрополии с просьбой передать ему на определённых условиях право собственности на воды Рабасала, чтобы использовать их за собственный счёт и построить соответствующие левады.

По-видимому, в 1834 году, покидая пост губернатора, губернатор и генерал-капитан Мадейры дон Алвару да Кошта де Соуза Маседу (Álvaro da Costa de Sousa Macedo) уже распорядился начать работы по освоению этих вод во исполнение ранее полученных распоряжений свыше. Однако неопределённость того времени и политические события в стране, возможно, не позволили даже приступить к ним. Слава начала этих гигантских работ — быть может, самых значительных из всех когда-либо проводившихся на острове — выпала на долю его преемника, выдающегося Луиша да Силвы Моузинью де Албукерки (Luís da Silva Mousinho de Albuquerque).

Работы начались в 1835 году и продолжались несколько лет, однако продвигались довольно медленно, а около 1844 года были прерваны. Если началом работ мы обязаны Луишу Моузинью, то их заметным ускорением в 1847–1852 годах — Жозе Силвештри Рибейру (José Silvestre Ribeiro). Можно без боязни возражений утверждать, что без титанических усилий Силвештри Рибейру работы в Рабасале (Rabaçal), возможно, не получили бы продолжения или были бы полностью завершены лишь гораздо позднее.

Возглавив в 1846 году управление округом, Жозе Силвештри Рибейру незамедлительно обратил внимание на эту гигантскую стройку, понимая, какие огромные преимущества завершение столь грандиозного предприятия принесёт сельскому хозяйству обширного муниципалитета Кальета (Calheta). Однако работы стали продвигаться с заметной быстротой лишь в 1849 году, когда он, будучи депутатом от Мадейры, добился от правительства метрополии ежегодной субсидии в шесть конту рейсов вплоть до их полного завершения. 5 ноября 1850 года была окончена проходка скального массива Эштребариаш (Estrebarias) — наиболее рискованная и трудная часть всего проекта. Получив такой импульс благодаря Силвештри Рибейру, работы с большей или меньшей медлительностью продолжались ещё долгие годы. Наконец, около 1890 года, после завершения новой левады, их признали окончательно оконченными.

Здесь следует отметить незабвенную дату в истории работ в Рабасале — 16 сентября 1855 года. В тот день вода впервые прошла через туннель Эштребариаш с севера на юг острова и стала орошать обширные земли, до того остававшиеся невозделанными.

Первыми работами, проведёнными в Рабасале в 1835 году, руководил сам губернатор Луиш Моузинью де Албукерки. Он был выдающимся инженером и непосредственно на месте провёл ряд важных исследований. С начала работ и до 1843 года ими руководил инженер Висенти де Паула Тейшейра (Vicente de Paula Teixeira), неизменно проявлявший величайшие усердие и преданность этому предприятию и оказавший ему весьма значительные услуги; его имя навсегда связано с этими работами. В 1843–1847 годах ими руководил инженерный подполковник Мануэл Жозе Жулиу Герра (Manuel José Júlio Guerra). В 1847 году руководство работами поручили инженерному капитану Тибериу Аугушту Бланку (Tibério Augusto Blanc). Он стал самым ценным помощником Жозе Силвештри Рибейру, благодаря которому работы в 1847–1851 годах получили столь значительное развитие. Его имя также тесно связано с историей работ в Рабасале и не должно быть предано постыдному забвению. Следует упомянуть здесь и бригадира Антониу Рожериу Громишу Коусейру (António Rogério Gromicho Couceiro), который был директором общественных работ этого округа, а затем заслуженным гражданским губернатором Мадейры. Именно под его руководством вода впервые прошла через подземную галерею Эштребариаш с севера на юг острова.

За более чем полвека, потребовавшиеся для осуществления работ, первоначальный план неоднократно менялся в соответствии с возникавшими обстоятельствами. На их доведение до конца была затрачена огромная сумма — почти 186 конту рейсов. Однако это грандиозное сооружение и поныне красноречиво свидетельствует о том, чего способны достичь усердие, преданность и любовь некоторых людей к процветанию и благополучию нашей земли.

Как известно, в Рабасале имеются две левады: Старая левада (Levada Velha) и Новая левада (Levada Nova). Первая орошает приходы Празериш (Prazeres), Фажан-да-Овелья (Fajã da Ovelha), Понта-ду-Паргу (Ponta do Pargo) и Паул-ду-Мар (Приморское болото, Paul do Mar), а вторая — приходы Кальета, Эштрейту-да-Кальета (Estreito da Calheta) и Арку-да-Кальета (Arco da Calheta). В засушливое время расход воды в начале каждой из них составляет приблизительно 80 литров в секунду. Для орошения обе разделяются на шесть ответвлений; в 1906 году они распределили 2580 часов воды (horas de água, право на оросительную воду, измеряемое часами подачи).

Работы на Старой леваде, завершившиеся лишь в 1860 году, обошлись государству в 69 369 420 рейс; Новая левада, которая, как мы уже говорили, была окончательно завершена лишь в 1890 году, стоила 116 208 480 рейс. Последняя питается водами Винти-и-Синку-Фонтиш (Двадцать пять источников, Vinte e Cinco Fontes) и источника Седру (источник Кедра, Fonte do Cedro). Туннель, по которому проходят эти воды, начали прокладывать в 1863 году и закончили в 1877 году.

XIV — Левада Серра

Самая протяжённая из государственных левад и самая важная после левад Рабасала (Rabaçal) — так называемая левада Серра, или, точнее, Серра-ду-Фаял (левада Хребта Фаял, Levada da Serra do Faial), поскольку она берёт начало из нескольких источников в горах этого прихода (freguesia). От истока до Ломбу-да-Раиш (Гребень Корня, Lombo da Raiz) её воды текут вместе с водами других левад, но оттуда до местности (sítio) Шоупана (Хижина, Choupana) они идут по отдельному водоводу протяжённостью не менее тридцати километров. С тропы, проложенной вдоль этой левады, открываются разнообразные и удивительные виды на приходы Санта-Мария-Майор (Пресвятая Дева Мария, Santa Maria Maior), Камаша (Camacha) и Санту-да-Серра (Святой с гор, Santo da Serra). Эта прогулка обязательна для многих желающих познакомиться с некоторыми природными красотами острова.

Эта левада предназначена для орошения земель Канису (Тростник, Caniço), Сан-Гонсалу (святой Гонсалу из Амаранти, São Gonçalo) и Санта-Мария-Майор. Попытки обеспечить эти приходы оросительной водой предпринимались уже давно. Как говорится в упомянутой работе инженера Адриану Тригу (Adriano Trigo), в 1830 году по инициативе нескольких частных лиц было создано акционерное общество «Общество новой левады Фураду» (Sociedade da Nova Levada do Furado). Оно намеревалось использовать воды, которые без пользы стекали по Рибейра-да-Лажи (Река Плиты, Ribeira da Laje) в приходе Фаял (Буковая роща, Faial), и провести их до Пику-ду-Инфанти (Пик Инфанта, Pico do Infante), чтобы затем распределить между этими приходами. Устав общества, утверждённый 21 марта 1840 года, давал ему право забирать упомянутые воды и проводить их до Ломбу-да-Раиш по общему руслу левад Жункал (Levada do Juncal) и Фураду (левада Пробитой скалы, Levada do Furado), которые уже тогда принадлежали государству. Оттуда до Пику-ду-Инфанти воду предполагалось провести по новому водоводу, построенному за счёт того же общества. Из-за финансовых трудностей, а также серьёзных ошибок при нивелировании предприятие не достигло намеченной цели, хотя на выполненные работы было израсходовано около сорока двух конту рейсов — уже весьма значительная для того времени сумма. Используя водоводы левад Фураду и Жункал, обществу удалось лишь провести часть воды в муниципалитет Санта-Круш (Святой Крест, Santa Cruz). Эти воды образовали так называемую леваду Асионишташ (левада Акционеров, Levada dos Acionistas).

После многочисленных затруднений центральное правительство выступило с инициативой строительства левады, которая обеспечила бы оросительной водой приходы Канису, Сан-Гонсалу и Санта-Мария-Майор. Исследования и подготовительные работы начались в 1861 году; усилия и старания, приложенные для их успешного продолжения, были поистине замечательны. С 1871 года строительство пошло быстрее и было окончательно завершено в 1905 году. 25, 26 и 27 сентября того года вода начала поступать в протяжённый водовод, а в последний из этих дней состоялось официальное торжественное открытие этого столь важного и выдающегося сооружения.

Чтобы пояснить сказанное, следует добавить, что воды этой важной левады, предназначенной для орошения земель приходов Канису, Сан-Гонсалу и Санта-Мария-Майор, до местности Ломбу-да-Раиш в приходе Санту-да-Серра текут вместе с водами левад Жункал и Нова-ду-Фураду (Levada Nova do Furado). Оттуда поток идёт по отдельному водоводу до его конечной точки в верхней части дороги Мейу (Средняя дорога, Caminho do Meio).

XV — Другие государственные левады

Одна из старейших левад, принадлежавших государству, была приобретена по договору, заключённому в 1822 году между 1-м графом де Карвальялом (1.º Conde de Carvalhal) и Управлением королевской казны (Junta da Real Fazenda). По этому договору за графом сохранялись девять дней воды из одного из ответвлений этой левады; ныне (1921) ими пользуются наследники генерала дона Луиша да Камары Леми (D. Luís da Câmara Leme), племянника упомянутого графа де Карвальяла. Левада питается источниками, стекающими в Рибейру-Фриу (Холодный ручей, Ribeiro Frio), и предназначена для орошения прихода Порту-да-Круш (Гавань Креста, Porto da Cruz). Её протяжённость составляет 8 с половиной километров; она заканчивается в местности Ламасейруш (Топи, Lamaceiros). Там её воды отделяются от вод левад Фаяла (Levadas do Faial), Асионишташ (Levadas dos Accionistas) и Жункал (Levada do Juncal), вместе с которыми они текут до этого места.

Этот акведук питается источниками Рибейру-Фриу. Согласно измерениям, проведённым около 1910 года, расход воды составлял 40 литров в секунду. По двум ответвлениям вода направляется для орошения прихода Порту-да-Круш.

Левада Жункал, возможно, столь же древняя, как левада Фураду (Levada do Furado); государство строило её за свой счёт с самого начала освоения её источников. Воду забирают из Рибейра-ду-Жункал (Река Камышей, Ribeira do Juncal); на значительном протяжении она течёт вместе с водой Фураду. Потоки разделяются в распределительной камере (caixa divisória), расположенной в местности Ламасейруш. Оттуда вода идёт до местности Ломбу-да-Раиш (Lombo da Raiz), где её отводят для орошения приходов Санту-Антониу-да-Серра (Santo António da Serra), Агуа-ди-Пена (Вода скалы, Água de Pena) и Санта-Круш (Святой Крест, Santa Cruz). От истока до местности Ломбу-да-Раиш в приходе Санту-да-Серра (Santo da Serra) протяжённость левады составляет 15 с половиной километров. Расход воды в леваде Жункал достигал внушительных 92 литров в секунду; всю воду направляли на орошение по одному ответвлению, и это был самый обильный оросительный поток на всём острове.

Ещё одна государственная левада — Серра-ди-Сан-Жоржи (левада Хребта Сан-Жоржи, Levada da Serra de São Jorge). Она орошает приходы Сан-Жоржи (святой Георгий Победоносец, São Jorge), Сантана (праведная Анна, святая Анна; Santana) и Фаял (Faial), а начинается в местности Пе-душ-Пойуш (Подножие террас, Pé dos Poios), в горах первого из этих приходов. Она построена недавно и заменила леваду Фажан-душ-Виньятикуш (левада Фажана виньятику, Levada da Fajã dos Vinháticos). Последнюю строили с 1860 по 1904 год; в 1904 году её забросили и заменили левадой Серра-ди-Сан-Жоржи. Её протяжённость составляет 11 километров.

Несмотря на своё название, эта левада приносила приходу Сан-Жоржи мало пользы или вовсе её не приносила, поскольку почти весь её поток предназначался для орошения приходов Сантана и Фаял. Однако в 1938 году Генеральный совет округа (Junta Geral), использовав несколько заброшенных источников, распорядился построить ещё одно ответвление этой левады. Оно орошает земли так называемой местности Илья (Остров, Ilha), принося большую пользу всему этому краю.

Государству принадлежит также левада Сан-Висенти-и-Рибейра-Брава (Levada de São Vicente e Ribeira Brava), предназначенная для орошения этих приходов. Левада Монти-Медонью (левада Страшной горы, Levada do Monte Medonho), которая начинается в одноимённой местности в горах Сан-Висенти (святой Викентий Сарагосский, São Vicente), орошала этот приход. В 1908 году её отвели от первоначального направления и стали использовать для орошения приходов Рибейра-Брава (Бурная река, Ribeira Brava) и Табуа (Tábua). Чтобы восполнить поток Монти-Медонью, построили новый акведук, получивший название левады Рибейра-ду-Инферну (левада Адской реки, Levada da Ribeira do Inferno). Она названа так потому, что берёт начало в одноимённой речке, и снабжает водой приход Сан-Висенти.

В сообщении Генерального совета говорится, что за последние три года (1938–1940) было построено много километров новых акведуков, особенно в приходах Канису (Caniço), Сан-Гонсалу (São Gonçalo) и Санта-Мария-Майор (Santa Maria Maior). Было также сооружено важное ответвление, которое подаёт воду в приход Понта-ду-Паргу (Мыс Пагра, Ponta do Pargo) и имеет протяжённость свыше двух тысяч метров.

Около 50 лет назад началось строительство так называемой левады Кокин (Levada do Coquim), предназначенной для орошения земель приходов Боавентура (Добрая удача, Boaventura) и Понта-Делгада (Тонкий мыс, Ponta Delgada). На эти работы израсходовали около тринадцати конту рейсов; тогда считалось, что ещё более десяти конту будет достаточно для полного завершения всех работ. Предполагалось построить канал протяжённостью от двух до трёх километров, имевший, однако, первостепенное значение для плодороднейших земель последнего из этих приходов. Через пять или шесть лет после начала работы полностью прекратились.

XVI — Частные левады

Как уже говорилось выше, в последней четверти XV века существовало несколько левад, по которым поступала вода из обильных источников, предназначенная главным образом для выращивания сахарного тростника. Однако можно утверждать, что древнейшие левады возникли одновременно с первыми сельскохозяйственными работами. Наиболее значительные из этих левад, некоторые из которых существуют до сих пор, относятся всё же к XVI веку.

Первые работы по отводу воды и строительству соответствующих акведуков были предприняты первыми колонистами собственными силами. Впоследствии частная инициатива всегда играла весьма важную роль в прокладке и содержании левад.

Одна из древнейших и самая значительная среди частных левад — левада Санта-Лузия (левада святой Луции, Levada de Santa Luzia), названная так потому, что в неё поступает вода из одноимённой речки. В архиве Муниципальной палаты Фуншала хранится королевский указ (alvará régio) 1515 года, которым Мануэл I повелел впредь не изменять русло этой левады. В сообщении, направленном в 1813 году правительству метрополии генерал-капитаном и губернатором архипелага, содержатся некоторые сведения о ней. Там говорится, что левада берёт начало на высоком горном хребте, в местностях Террейру-даш-Галиньяш (Куриная площадка, Terreiro das Galinhas) и Террейру-ди-Агуа (Водяная площадка, Terreiro de Água), в двух легуа от города. Позднее к этим источникам присоединились воды ручья Фрадеш (Ribeiro dos Frades), а дальше — ручья Пизан (Pisão); особенно же увеличили расход воды обильные источники Торнуш (Токарные станки, Tornos), наряду со многими другими потоками, низвергающимися в ту же речку. Вся вода делилась на две части: одна предназначалась для мельниц, а другая образовывала леваду Санта-Лузия. В том же документе утверждается, что «в начале укреплённого русла она принимает 250 квадратных дюймов воды, а её протяжённость от этого места до Сокорру (Помощь, Socorro) составляет 2130 брас». Любопытный документ 1515 года, упомянутый выше, гласит: «Мы, король, доводим до вашего сведения, бакалавр (bacharel, выпускник университета) Руй Пириш (Rui Pires), поставленный нами жуиш-ди-фора (juiz de fora, назначаемый короной судья со стороны) с полномочиями чрезвычайной судебной комиссии (alçada) в нашем городе Фуншале, а также до сведения должностных лиц палаты названного города, что нам стало известно о намерении Балтазаров (Balthazares) и других ереушей поднять выше леваду, которой они владеют на реке Санта-Лузия (святая Луция, Ribeira de Santa Luzia). Это нанесло бы большой ущерб и вред названному городу и поддержанию в нём чистоты, а также нарушило бы установленный нами запрет когда-либо вносить изменения в названную речку сверх того, что существовало в то время, когда мы пожаловали воды этой речки названному городу. Поскольку мы не считаем допустимым ни перемещать названную леваду, ни вносить в неё какие-либо изменения, повелеваем вам, как только вам будет представлен этот указ, от нашего имени приказать названным Балтазарам и тем ереушам, которым она принадлежит, никоим образом не трогать названную леваду и не перемещать её с прежнего места под угрозой её утраты в нашу пользу. Если же вы, судьи и должностные лица, это допустите, мы назначаем вам наказание в размере пятидесяти крузадо. Если в названной леваде уже произведено какое-либо изменение, немедленно верните её в прежнее положение и состояние. А вы, судья, составьте обо всём, что мы повелели сделать, протокол (auto) и внесите копию настоящего указа в книгу палаты названного города, чтобы во все времена было известно, что именно мы повелели и запретили. Настоящей грамотой предупреждаем вас неукоснительно соблюдать это, а данный указ останется у вас. Исполните его. Составлено в Алмейрине (Almeirim) двадцать второго дня февраля; Дамиан Диаш (Damião Dias) составил его в тысяча пятьсот пятнадцатом году. Да не вызывает сомнения место, где написано „названным“ и зачёркнуто „лет“, ибо я сделал это по правде. После снятия копии он тотчас был вручён названному бакалавру Рую Пиришу, жуиш-ди-фора, а я, Афонсу Эаниш (Afonso Eanes), его написавший, сверил копию с подлинником». (Кн. 1 Общего реестра, л. 116 об.) В отношении речки Санта-Лузия и питаемых ею левад нам встретилось сообщение, относящееся к 1866 году: тогда её расход составлял 185 литров в секунду, и она снабжала водой левады Санта-Лузия, Мойньюш (Мельницы, Moinhos) и Дона-Изабел (Dona Isabel). Их воды шли по общему руслу до местности Фундоа-ди-Сима (Fundoa de Cima), в Сан-Роки (São Roque), где начиналась последняя из этих левад. От местности Фундоа воды продолжали течь вместе до Рибейра-даш-Калиш (Ribeira das Cales), где делились на две равные части и образовывали левады Мойньюш и Санта-Лузия. В то время измерения показывали 19,5 литра для левады Дона-Изабел и по 83 литра для каждой из двух других. Измерение, проведённое в 1901 году, показывает, что общий расход воды трёх левад составлял 153 литра в секунду: 63 приходилось на Санта-Лузию, 55 — на Мойньюш и 34 — на Дона-Изабел. После Санта-Лузии одной из самых значительных и древних частных левад является левада Пиорнайш (левада Ракитников, Levada dos Piornais). Она начинается на левом берегу Рибейра-душ-Сокорридуш (Река Спасённых, Ribeira dos Socorridos) и предназначена для орошения приходов Сан-Мартинью (святой Мартин Турский, São Martinho) и Сан-Педру (святой апостол Пётр, São Pedro). Нам встретилось сообщение, что прокладку этой левады предпринял Луиш Дория Велоза (Luís Doria Velosa), умерший в 1546 году. В архиве палаты этого города хранится королевская грамота 1562 года, касающаяся этой левады, а также левад Каштележу (левада Замка, Levada do Castelejo) и Рибейра-душ-Сокорридуш. В ней королева Екатерина (D. Catarina) повелевала, чтобы в надлежащее время их «прокладывали и очищали» за счёт ереушей и землевладельцев.

В интересной «Записке», опубликованной в фуншальской газете «Диариу ди Нотисиаш» 4 декабря 1921 года, сказано: «Левада Пиорнайш берёт начало на склонах, образующих Рибейра-душ-Сокорридуш. Первые инженерные сооружения находятся в приходе Куррал-даш-Фрейраш (Загон монахинь, Curral das Freiras), в местности Фажан-душ-Шикейруш (Фажан свинарников, Fajã dos Chiqueiros), между речками Сидран (Ribeira do Cidrão) и Гату (Ribeira do Gato), в муниципалитете Камара-ди-Лобуш, в пятнадцати километрах от города Фуншала. Там вода делится на две равные части между этой левадой и Нова-ду-Куррал-и-Каштележуш (Новая левада Куррала и Каштележуш, Nova do Curral e Castelejos) в соответствии с актом о соглашении между ними от 13 февраля 1896 года, составленным нотариусом Алешандри Батиштой Перейрой (Alexandre Batista Pereira). Далее она течёт, собирая воду различных источников на обоих берегах Рибейра-душ-Сокорридуш, пока не входит в свой водозабор (madre), или водозаборную плотину, на левом берегу этой речки, в местности Фажан-ду-Пойу (Фажан террасы, Fajã do Poio), в приходе Санту-Антониу (Santo António), муниципалитете Фуншала. Примерно в пятидесяти метрах оттуда, в одноимённой местности, сооружена распределительная камера, где вода разделяется между левадой Нова Камара-ди-Лобуш (Новая левада Камара-ди-Лобуш, Levada Nova de Câmara de Lobos) и левадой Пиорнайш. Это сделано в соответствии с актом от 19 декабря 1898 года, составленным уже упомянутым нотариусом: первая получает одну седьмую часть воды, а вторая — остальные шесть седьмых».

Об этих левадах весьма интересны сведения, которые приводит выдающийся комментатор «Тоски по родной земле» (Saudades da Terra); процитируем их: «В тот период (начало XVI века) главные общие левады Мадейры были артериями, по которым с тех пор и доныне, несмотря на искажение самого учреждения, обильно течёт кровь сельскохозяйственной жизни острова — драгоценный источник его благосостояния и постоянного обновления. Уже в 1515 году в северных предместьях Фуншала существовала левада Санта-Лузия (Levada de Santa Luzia); королевским указом того же года (Архив палаты Фуншала, т. I, л. 116 об.) Мануэл I распорядился впредь не изменять её русло. Другим указом, от 26 сентября 1562 года (там же, старый реестр (tombo), л. 135), королева Катерина (D. Catarina), регентша от имени короля Себастьяна, повелела своевременно прокладывать и очищать левады речек Сокорридуш (Ribeira dos Socorridos), Пиорнайш (Ribeira dos Piornais) и Каштележу (Ribeira do Castelejo), к западу от Фуншала, за счёт ереушей и землевладельцев; расходы до 120 000 рейс надлежало авансировать из казны таможни. Ещё одним указом, от 19 октября того же года (кн. II реестра королевского казначейства (Provedoria), л. 185), она распространила подобное распоряжение на все остальные левады, „поскольку многие посадки сахарного тростника погибают, а другие не высаживаются из-за того, что левады не прокладывают и не очищают вовремя“. Надзор за ними она поручила донатариям — как для этой цели, так и для того, чтобы „прокладывать новые левады или менять их русло, распределять“ воду за установленную плату, „отдавая предпочтение лицам, владевшим плантациями сахарного тростника или сахарными мельницами“, а также „рассматривать споры об этом, выносить решения и разрешать апелляции и жалобы“. Наконец, кардинал Генрих Мореплаватель, регент от имени того же короля Себастьяна, распорядился издать в 1563 году три королевских указа. Первый предписывал жителям берегов речек под надзором старшего гласного Палаты Фуншала регулярно очищать и укреплять их; второй — исполнять прежние постановления о ежегодной очистке левад; третий — при распределении воды отдавать первенство плантациям сахарного тростника, причём её цену в каждой капитании должен был устанавливать соответствующий капитан-донатарий совместно с „одним уважаемым лицом, сообразно количеству воды и приносимой ею пользе“.

— Первые два указа зарегистрированы в Архиве палаты Фуншала, старый реестр, л. 117, и т. II, л. 75; третий, как известно, был внесён в книгу III Королевского казначейства, л. 99».

Особого упоминания заслуживает также левада дона Изабел, известная и под названием левады Фундоа (Levada da Fundoa): она орошает различные земли приходов Сан-Роки (São Roque), Сан-Педру (São Pedro) и Санта-Лузия (Santa Luzia). В точности неизвестно, кем была эта дона Изабел, давшая леваде своё имя, однако она, по-видимому, принадлежала к семье владельца майората Жуана Паулу Эжмералду, который столетие назад был единственным собственником этой левады. Несколько землевладельцев провели на ней значительные работы и существенно увеличили расход воды, а затем публичным актом от 5 апреля 1825 года учредили объединение ереушей. Сегодня этот акведук принадлежит большому числу земледельцев и землевладельцев.

Левада Бон-Сусесу была проложена в 1855 году; первоначально расход воды был невелик, а сам акведук — недостаточен. В конце XIX и первые годы XX века соорудили «общий резервуар» этой левады и приобрели горное угодье (montado, лес и пастбища в горах) Лоурайш. Около 1910 года или немного позднее были приобретены новые крупные источники.

Левада Моиньюш весьма стара: уже во времена первых донатариев она имела значительный расход воды и давала движущую силу многочисленным водяным мельницам, стоявшим вдоль неё. Эти мельницы принадлежали тем же донатариям и служили одним из лучших источников их тогдашних доходов.

Использование этой воды прошло через несколько этапов; о положении в 1855 году сообщается следующее: «Вода левады Моиньюш, предназначенная для очистки города и орошения, во все дни, когда ею можно распоряжаться, распределяется в порядке, установленном Административной комиссией (Comissão Administrativa) этой левады, а именно: с шести часов утра до двух часов дня она используется для очистки, чтобы все жилые дома очищались не менее двух раз в неделю, а больницы, казармы и тюрьмы — каждый возможный день. С двух часов дня до шести часов утра, не включая этот час, вода используется для орошения и распределяется между 153 владельцами водных долей».

Здесь уместно вкратце упомянуть о различных спорах, неоднократно возникавших между Муниципальной палатой Фуншала и Административной комиссией левады Санта-Лузия. Их причиной была необходимость снабдить город хорошей питьевой водой, что можно было с наибольшей выгодой осуществить только за счёт источников Торнуш — одного из важнейших источников, питающих левады Санта-Лузия и Моиньюш. Из общего водотока, к которому принадлежат Торнуш, расходятся два рукава, образующие названные левады; при этом левада Моиньюш почти целиком принадлежит палате. Чтобы использовать источники Торнуш, муниципалитет должен был выплатить возмещение «леваде Санта-Лузия», что вызвало продолжительные споры. Наконец, в 1912 году эти две стороны заключили соглашение. Соответствующий акт полностью опубликован в фуншальской газете «Диариу ди Нотисиаш» (Новости дня, Diário de Notícias) от 15, 16 и 17 июля 1912 года.

Чтобы получить ориентиры и основу для этого соглашения, Муниципальная палата назначила двух выдающихся инженеров, поручив им изучить данный спорный вопрос. Они представили своё авторитетное заключение, выводы из которого мы приводим ниже:

“

«Поскольку в засушливый сезон средний расход воды в леваде Санта-Лузия составляет 63,162 на 1", такой же объём должна получать левада Моиньюш, которая делит с нею воду речки в равных объёмах в распределительной камере (caixa repartidora), построенной в местности Калиш. Однако измерения у истока левады (madre da levada) Моиньюш показывают расход лишь в 50,101 на 1", что свидетельствует о значительной потере 13,124 или 13,161 воды при непрерывном течении вследствие просачивания и испарения. Эта потеря вызвана исключительно неудовлетворительным проведением воды этой левады на коротком ответвлении (lanço, ramal), расположенном ниже распределительной камеры и выше места её входа в городской водопровод.

Таким образом, если принять расход левады Моиньюш равным 63,162 на 1" и вычесть из него 39,120 — более чем достаточно для обеспечения различных способов использования левады Моиньюш в черте города, — то в распоряжении палаты останется значительный объём воды, то есть расход в 24,136 или 24,142 на 1". Этот поток, который следует использовать вне левады Моиньюш и выше неё, с избытком возместит воду, отводимую по трубопроводу от источников Торнуш. В сентябре 1900 года эти источники давали лишь 17,124 на 1", причём в тот же засушливый сезон, когда проводились упомянутые нами измерения названных левад.

Из сказанного следует, что можно сохранить все функции левады Моиньюш в черте города и при этом направить значительную часть её воды на полное возмещение остальным левадам, отведённым от той же речки, когда будет осуществлён забор воды из источников Торнуш. Такое возмещение равными объёмами будет весьма выгодно для этих последних левад, поскольку очевидно, что вода источников Торнуш доходит до них ныне в значительно меньшем объёме «из-за больших и неизбежных потерь от просачивания и испарения на своём весьма долгом и многоводном пути».

Наряду с этими левадами по всему острову постепенно стали использовать для орошения множество источников; для проведения и распределения воды было построено немало акведуков. Правда, многие из этих левад имеют небольшой расход и орошают лишь сравнительно малые участки, однако они неизменно служат существенным источником богатства и процветания для местностей, где находятся.

XVII — Воды Паул-да-Серра

Плато Паул-да-Серра (Горное болото, Paul da Serra) — единственное плато значительной протяжённости на Мадейре — расположено на высоте 1500 метров. Оно простирается на пять с половиной километров с востока на запад, а его наибольшая ширина составляет немногим более трёх километров. Его значение тесно связано с орошением, поскольку здесь берут начало многие, в том числе наиболее обильные, источники, питающие левады. Поэтому мы считаем уместным привести здесь некоторые сведения Генерального совета округа (Junta Geral do Distrito) о различных работах, уже проведённых на этом плато с целью частично использовать дождевые воды, в изобилии выпадающие здесь зимой. Эти сведения относятся к периоду с 1938 по 1940 год.

“

«В этой области, где особенно обильны дожди и снегопады, находится зона просачивания, питающая крупнейшие потоки воды, которые уже используются или могут быть использованы для орошения.

“

«На самом плато или на его склонах берут начало самые полноводные реки Мадейры: Рибейра-да-Жанела (Река Окна, Ribeira da Janela), река Сейшал (Ribeira do Seixal), Рибейра-ду-Инферну (Адская река, Ribeira do Inferno), река Сан-Висенти (святой Викентий Сарагосский, Ribeira de São Vicente), река Понта-ду-Сол (Ribeira da Ponta do Sol) и река Мадалена (Ribeira da Madalena).

“

«Важнейшие левады, берущие здесь начало: левада Пику-да-Урзи (левада Верескового пика, Levada do Pico da Urze), обильно снабжающая водой Арку-да-Кальета (Дуга Кальеты, Arco da Calheta) и начинающаяся на высоте около 1350 м; левады Рабасал (Levadas do Rabaçal; 1000–1100), орошающие муниципалитет Кальета (ему требуется больше воды); левада Монти-Медонью (левада Страшной горы, Levada do Monte Medonho), снабжающая водой часть Рибейра-Брава (Бурная река, Ribeira Brava) и Табуа (Рогоз, Tabua); левада Карамужу (левада Улитки, Levada do Caramujo), орошающая Сан-Висенти (святой Викентий Сарагосский, São Vicente).

“

«Воды реки Сейшал имеются в изобилии и используются почти исключительно днём. Воды Рибейра-ду-Инферну для орошения не применяются.

“

«Воды рек Понта-ду-Сол и Мадалена хорошо снабжают соответствующие местности.

“

«На определённой высоте берёт начало небольшая частная левада, водой которой пользуются в Каньяше (Canhas).

“

«Есть также несколько частных левад, берущих начало на меньшей высоте, однако их расход воды лишь в небольшой степени зависит от вод, просочившихся в Паул-да-Серра.

“

«Из огромного объёма воды, выпадающей на Паул-да-Серра, лишь некоторая её часть просачивается в почву; подавляющий избыток стекал в реки.

“

«Если обеспечить удержание большей доли воды, выпадающей на Паул-да-Серра или в пределах его „краёв“, можно будет увеличить расход воды в источниках. Ради этого Генеральный совет начал опытные работы на так называемом Кампу-Гранди (Большое поле, Campo Grande) в Паул-да-Серра, где была построена плотина для удержания вод, стекающих по Рибейру-ду-Алекрин (Розмариновый ручей, Ribeiro do Alecrim) в Рибейра-да-Жанела. На эти работы совет уже израсходовал около 100 конто.

“

«Недавно, намереваясь продолжить работы подобного рода, обследовали другие участки плато. Выяснилось, что в некоторых местах можно построить сравнительно недорогие, но весьма вместительные водохранилища. К таким местам относятся Шан-даш-Мезаш (Равнина столов, Chão das Mesas) и Арияйш (Пески, Ariais), или Кампу-Пекену (Малое поле, Campo Pequeno), куда можно отвести воды Рибейру-ду-Лажеду (Ручей Каменистого плато, Ribeiro do Lajedo), который зимой несёт огромные объёмы воды в Рибейра-да-Жанела.

“

«По имеющимся у нас сведениям, благодаря уже проведённым работам в нескольких местах, находящихся под воздействием просачивания воды с плато, увеличился расход воды в ключах, или источниках. Эти сведения побуждают нас продолжать работы.

XVIII — Воды Порту-Санту

Соседний остров Порту-Санту (Святая гавань, Porto Santo) во время затяжных засух, которые там время от времени случаются, переживает последствия настоящего общественного бедствия. Поэтому всяческой похвалы заслуживает Генеральный совет округа под председательством доктора Жуана Абела де Фрейташа (João Abel de Freitas), распорядившегося провести на острове крупные гидромелиоративные работы. Они должны были смягчить кризисы, вызванные засухами, и принести значительную пользу сельскому хозяйству всего этого края. Было признано необходимым построить большую канаву. В 1942 году упомянутый председатель описал её в интервью одной газете; ниже мы воспроизводим его слова.

“

«Строящаяся сейчас канава для сбора и распределения дождевой воды — вероятно, самый значительный с экономической и социальной точки зрения проект из всех когда-либо осуществлённых на острове. Это объясняется не только тем, что работы своевременно обеспечили занятость сотням рабочих рук, но и тем влиянием, которое канава должна оказать на развитие сельского хозяйства края. Прежде всего, она предназначена для сбора воды, которая порой мощными потоками стекает со склонов Пику-ду-Каштелу (Замковый пик, Pico do Castelo) и причиняет большой ущерб расположенным ниже склонам. После устранения одной из главных причин того бедственного состояния, в котором находятся эти земли, возможно, появится стимул восстановить стены и воссоздать смытые участки.

Во-вторых, собранная таким образом вода будет направлена по распределительной части канавы через песчаные земли в местностях Камаша (Camacha), Эйра-Велья (Старый ток, Eira Velha), Арейяш (Пески, Areias) и т. д. Эти земли образуют природный резервуар большой ёмкости, куда будет просачиваться вся подведённая вода; из этого обширного инфильтрационного поля вода поступает почти во все существующие источники и колодцы.

Таким образом предполагается использовать воду, которая до сих пор причиняла вред, двумя способами: во-первых, непосредственно для орошения земель ниже канавы; во-вторых, для пополнения подземных вод и, следовательно, увеличения дебита источников. Благодаря этому появится и экономическое обоснование для устройства новых колодцев, а значит, для расширения площади орошаемых земель.

Ещё одно преимущество строительства этой канавы состоит в том, что оно послужит стимулом к устройству колодцев или водоёмов в наиболее подходящих местах вдоль её трассы. В них можно будет сохранять воду для последующего орошения, когда будет установлено регулярное наличие излишков воды, оправдывающее такое строительство».

XIX — Ещё о государственных левадах

Чтобы дополнить и подробнее разъяснить сказанное выше, мы приводим далее некоторые статистические данные, любезно предоставленные нам техническим отделом общественных работ Генерального совета округа (Junta Geral do Distrito). Они содержат ценные и интересные сведения о государственных левадах острова, которые особенно важно сохранить, поскольку они не опубликованы ни в одном официальном документе. Этот отчёт делает большую честь подготовившему его отделу, и мы с удовольствием сохраняем его на скромных страницах «Мадейрского справочника» (Elucidário Madeirense). Кроме того, он наглядно освещает работы, проведённые по распоряжению этого отдела в 1943 году для измерения расхода воды и протяжённости соответствующих акведуков, чего не делали уже много лет.

“

«Левада Велья-ду-Рабасал (Старая левада Рабасал, Levada Velha do Rabaçal) берёт начало в Фонтиш-ду-Ришку (Источники Утёса, Fontes do Risco), на высоте 1045 метров. Длина главного канала, включая Фураду-Велью (Старый туннель, Furado Velho) протяжённостью 450 метров, составляет 24 000 метров. Расход воды равен 65 литрам в секунду (3900 пена); измерение проведено в августе 1943 года. Левада орошает земли в приходах Празериш (Радости, Prazeres), Паул-ду-Мар (Приморское болото, Paul do Mar), Фажан-да-Овелья (Фажан овцы, Fajã da Ovelha) и Понта-ду-Паргу (Мыс Пагра, Ponta do Pargo) и разделяется на три ответвления. Первое орошает земли прихода Празериш с оборотом полива в 19 дней и 12 часов; второе, с таким же периодом оборота, — земли Паул-ду-Мар и Фажан-да-Овелья; третье ответвление — земли приходов Фажан-да-Овелья и Понта-ду-Паргу, также с оборотом в 19 дней и 12 часов.

Левада Нова-ду-Рабасал (Новая левада Рабасал, Levada Nova do Rabaçal) берёт начало в Рибейра-душ-Седруш (Кедровая река, Ribeira dos Cedros) на отметке 990 метров. Её питают так называемые Винти-и-Синку-Фонтиш (Двадцать пять источников, Vinte e Cinco Fontes), а также водозаборы Рибейра-Гранди (Большая река, Ribeira Grande), или Ришку (Risco). Общий расход воды, измеренный у источников в августе 1943 года, составляет 86 литров в секунду (5160 пена). От истока до Фураду-Нову (Новый туннель, Furado Novo) канал тянется примерно на три километра. Длина Фураду-Нову составляет 800 метров, а от выхода из него канал простирается на 7 километров к востоку и на 6 — к западу. Эта левада, как и левада Велья, также разделена на три части с равным расходом воды. Первая треть орошает земли приходов Арку-да-Кальета (Дуга Кальеты, Arco da Calheta) и Кальета (Бухточка, Calheta) с оборотом полива в 18 дней и 12 часов; вторая треть, также с оборотом в 18 дней и 12 часов, орошает земли прихода Кальета; третья треть орошает земли прихода Эштрейту-да-Кальета (Ущелье Кальеты, Estreito da Calheta) с оборотом в 19 дней и 12 часов. Общее число часов в каждом обороте левад Рабасал таково:

2 ответвления × 18,5 дня × 24 часа = 888 часов; 4 ответвления × 19,5 дня × 24 часа = 1872 часа; итого 2760 часов. Из этого общего числа часов подачи воды 2690 сдаются в аренду, а остальные составляют так называемые несданные часы (quebras).

Левада Карамужу (левада Улитки, Levada do Caramujo), или левада Рибейра-ду-Инферну, берёт начало в Рибейра-ду-Инферну (Адская река, Ribeira do Inferno), у подножия Пику-Руйву-ду-Паул (Рыжий пик Болота, Pico Ruivo do Paul), на отметке 1185 метров. Длина канала составляет 6000 метров, а расход воды в этой леваде — 20 литров в секунду (1200 пена).

Левада Ломбу-ду-Мойру (левада Гребня Мавра, Levada do Lombo do Moiro), или левада Монти-Медонью (Страшная гора, Levada do Monte Medonho), берёт начало в речках Фольядал (Folhadal), Пинакулу (Pináculo) и Монти-Тригу (Monte Trigo) на отметке 1450 метров. Её протяжённость составляет около 10 600 метров, а расход воды — 18 литров в секунду (1080 пена). Она орошает земли приходов Рибейра-Брава (Бурная река, Ribeira Brava) и Табуа (Рогоз, Tabua) с оборотом в 14 дней и 12 часов. Воды этой левады прежде использовались в приходе Сан-Висенти (святой Викентий Сарагосский, São Vicente), куда ныне направляются воды левады Карамужу. Государство построило последнюю для обмена на леваду Ломбу-ду-Мойру, причём содержание и ремонт левады Карамужу остались обязанностью государства. В Рибейра-Брава сданы в аренду 926 часов, а в Табуа — 410.

Обозначение	Часы
4 ответвления × 14,5 дня × 24 часа =	1392
Сдано в аренду	1336
Несданные часы	56

Левада Серра-ди-Сан-Жоржи (левада Хребта Сан-Жоржи, Levada da Serra de São Jorge) берёт начало в Калдейран-ду-Инферну (Адский котёл, Caldeirão do Inferno) на высоте 920 метров и принимает также воды Калдейран-Верди (Зелёный котёл, Caldeirão Verde). Общий расход воды составляет 40 литров в секунду (2400 пена), а длина канала до Венда-Нова (Новая лавка, Venda Nova) — 11 000 метров. От главного канала этой левады отходят три вторичных канала, которые орошают земли местности Илья (Остров, Ilha) прихода Сан-Жоржи (São Jorge), а также приходов Сантана (праведная Анна, святая Анна; Santana) и Фаял (Буковая роща, Faial), с оборотом около 14 дней. В аренду сданы 788 часов и 15 минут.

Собственно левада Серра-ду-Фаял (левада Хребта Фаял, Levada da Serra do Faial) берёт начало в Рибейра-Сека (Сухая река, Ribeira Seca) на высоте 1100 метров. В неё также поступает вода из левады под названием Левадинья-ди-Жуан-Диаш (Малая левада Жуана Диаша, Levadinha de João Dias), длиной около 1000 метров, расположенной выше водозаборов Рибейра-Сека. В расход воды левады Серра-ду-Фаял входят также источники Рибейра-да-Аметади (Река Половины, Ribeira da Ametade), источники между Фураду-ду-Лапан (Туннель Лапан, Furado do Lapão) и Ломбу-Фуран (Гребень Хорька, Lombo Furão), ручеёк (côrrego) Кабра (Козий ручеёк, Côrrego da Cabra), источники Роша-ду-Гавину (скала Гавину, Rocha do Gavino), ручеёк Шоупана (Хижина, Côrrego da Choupana), источники Фейтэйраш (Папоротники, Feiteiras) и другие небольшие источники, расположенные вдоль главного канала. Общий расход воды, измеренный во всех источниках 16 сентября 1943 года, составил 80 литров в секунду (4800 пена). Длина главного канала от Рибейра-Сека до местности Шоупана, в приходе Санта-Мария-Майор (Santa Maria Maior), составляет 54 000 метров. Среди государственных левад эта — самая протяжённая. Она разделена на четыре ответвления, оборот которых составляет 27 дней. Оборот делится на два полуоборота по 13 дней и 12 часов, и каждый пользователь воды всякий раз получает половину времени, записанного за ним в кадастре. 4 ответвления × 27 дней × 24 часа = 2592 часа. Распределение без несданных часов.

Левада Жункал (левада Камышника, Levada do Juncal) берёт начало в Рибейра-ду-Жункал (Река Камышника, Ribeira do Juncal) и вместе с левадой Серра-ду-Фаял идёт до Ломбу-да-Раиш (Гребень Корня, Lombo da Raiz), в приходе Санту-да-Серра (Святой с гор, Santo da Serra), на протяжении 16 000 метров. Там левады вновь разделяются, и левада Жункал направляется орошать земли приходов Санту-да-Серра, Санта-Круш (Святой Крест, Santa Cruz) и Агуа-ди-Пена (Água de Pena). К потоку левады Жункал, который у истока составляет 76 литров в секунду, присоединяется частная левада Асионишташ (левада Акционеров, Levada dos Acionistas). Она берёт начало в Рибейра-даш-Лажиш (Река Каменных плит, Ribeira das Lajes) и орошает земли тех же приходов, что и левада Жункал. Далее Ломбу-да-Раиш левады Жункал и Асионишташ вместе идут по вторичному каналу. При разделении их потоков одна треть приходится на леваду Асионишташ, а леваде Жункал остаются две трети расхода воды. Период оборота левады Жункал составляет 16 дней и 12 часов; вода распределяется по двум ответвлениям, всего 792 часа на один оборот, без несданных часов.

Левада Фураду (левада Пробитой скалы, Levada do Furado) берёт начало в Рибейру-Фриу (Холодный ручей, Ribeiro Frio) на высоте 860 метров и вместе с водой главного канала левады Серра-ду-Фаял проходит до Ламасейруш (Грязевые места, Lamaceiros) на протяжении 8500 метров. Оттуда она направляется к Портела-ди-Машику (Перевал Машику, Portela de Machico), Майата (Maiata) и Порту-да-Круш (Гавань Креста, Porto da Cruz); полив ведётся с оборотом от 16 до 18 дней. Расход воды этой левады составляет 40 литров в секунду (2400 пена). В аренду сданы 579 часов и 15 минут её воды.

Арендная плата за воду государственных левад, за один час в год, составляет:

Левада	Цена за час в год (эскудо)
Левады Рабасал	54
Левада Монти-Медонью	24
Левада Серра-ди-Сан-Жоржи	27
Левада Серра-ду-Фаял	72
Левада Жункал	96
Левада Фураду	27

Генеральному совету округа также принадлежит источник Серральял (Осотовое поле, Serralhal) в приходе Канису (Caniço). Его вода признана питьевой и ежегодно приносит доход в 3410 эскудо. За последние пять лет доходы от государственных левад составили:

Год	Доходы (эскудо)
1939	351 263
1940	364 283
1941	448 401,45
1942	461 318,55
1943	470 180

Генеральный совет уделял большое внимание ремонту находящихся в его ведении левад, особенно в последние годы, поскольку намеревался осуществить крупный проект по созданию водонепроницаемой облицовки всех каналов, которые всё ещё оставались «в земле». Это масштабная работа, результаты которой стали заметны уже с 1941 года: во всех левадах ощутимо сократились потери воды из-за просачивания.

Чтобы ускорить ремонтные работы, Генеральный совет на заседании 15 ноября 1940 года постановил ввести дополнительный сбор с платы за воду и выделять на эти цели сумму, равную поступлениям от этого сбора, помимо средств, которые он считал возможным ассигновать на обычный ремонт. Именно этот дополнительный сбор отчасти обусловил рост доходов начиная с 1941 года. За последние пять лет на ремонт были израсходованы следующие суммы:

Год	Расходы на ремонт (эскудо)
1939	116 432,80
1940	113 933,60
1941	208 200,80
1942	201 725,15
1943	147 623,25

XX — Строительство новых левад

Как всем известно и как мы здесь уже неоднократно отмечали, левады — важнейшая основа процветания нашего сельского хозяйства. Поэтому указ от 26 июля 1939 года, предписывавший направить на Мадейру специальную миссию для комплексного и взаимосвязанного изучения технических и экономических возможностей гидроэнергетики и орошаемого земледелия, был встречен с величайшим удовлетворением. Эта техническая комиссия, состоявшая из высококомпетентных служащих, прибыла без долгих проволочек. В работах, к которым её члены незамедлительно приступили, они проявили глубочайшее знание предмета и величайшее усердие в решении различных тесно связанных с ним проблем. Для этого миссия обследовала значительную часть острова, провела ряд исследований на месте, запросила сведения и разъяснения у различных официальных учреждений, через наиболее авторитетных представителей нашего общества ознакомилась с мнениями заинтересованных лиц и т. д. Тем самым она показала твёрдое стремление подготовить полезный, полный и добросовестный труд, исполнив возложенную на неё трудную задачу.

К концу 1941 года комиссия завершила кабинетную работу, и её подробные отчёты были переданы вышестоящим инстанциям. Один из них носил общий характер, а три других были посвящены сельскому хозяйству, электротехнике и гражданскому строительству.

Мы можем привести краткий обзор различных вопросов, рассмотренных в «Общем отчёте» (Relatorio Geral). Это позволит составить пусть поверхностное и неполное представление о масштабе и значении проделанной работы.

В главе X, посвящённой промышленности, рассматриваются: A. Её современное состояние; B. Возможности развития; C. Отрасли общественного транспорта; D. Производство и торговля электрической энергией.

В «Диариу ду Говерну» от 21 октября 1943 года были опубликованы датированные тем же днём декреты № 33 158 и 33 159, предписывавшие создать обширную сеть оросительных каналов и устанавливавшие нормы, которыми надлежало руководствоваться при осуществлении этого бесценного начинания. Уже давно Мадейре не предоставляли мер столь широкого масштаба, способных принести столь непосредственную пользу экономике всего архипелага.

Поэтому мы не можем не привести выдержки из обзоров этих важных законодательных актов, опубликованных газетами Лиссабона и Фуншала. Тем самым мы сохраняем здесь положения, имеющие наибольшее отношение к данной теме и дополняющие сказанное нами в предыдущих главах.

“

«Поскольку речь идёт об обширном плане работ, призванном значительно улучшить положение острова Мадейра в области сельского хозяйства и промышленного производства, а как исследования, так и выполнение работ требуют весьма специальных технических знаний, правительство сочло необходимым создать временный автономный орган, которому поручается управление строительством новых сооружений, руководство им и ремонт существующих. Этот орган будет называться „Административная комиссия по использованию водных ресурсов Мадейры“, а в его состав войдёт представитель Генерального совета автономного округа (Junta Geral do Distrito Autónomo) Фуншала».

Стоимость выполнения предусмотренных работ и управления ими оценивается в 60 000 конто, распределённых следующим образом:

Использование водных ресурсов — ирригационные сооружения: 20 798 конто; основные электростанции (3): 15 890 конто; вспомогательные электростанции (2): 3462 конто.

Электрические сети — линии передачи электроэнергии: 5034 конто; общая распределительная сеть: 1020 конто; непредвиденные расходы: 8790 конто; общие расходы на работы: 5000 конто.

Предусмотренные планом работы будут выполнены за десять лет и разделены на два этапа продолжительностью по пять лет каждый.

На первом этапе должны быть выполнены следующие работы: гидросельскохозяйственные сооружения — Машику и Канисал; Рибейра-Брава и Камара-ди-Лобуш; Понта-ду-Паргу и Кальета; гидроэнергетические сооружения — электростанция Серра-ди-Агуа, электростанция Кальеты, линии передачи электроэнергии и подстанция Фуншала. На втором этапе должны быть выполнены остальные работы, предусмотренные в отчёте технической миссии, который послужил основой для составления соответствующего законодательного акта. Расходы на предусмотренные работы, включая общие административные расходы, будут поровну оплачены государством и Генеральным советом округа Фуншала. Таким образом, ежегодные расходы составят 6000 конто, причём на каждую из двух названных сторон придётся по 3000 конто. Генеральному совету разрешается получить заём двумя сериями до 15 000 конто каждая, чтобы покрыть расходы на выполнение плана использования водных ресурсов. Административная комиссия получит право распоряжаться средствами, ежегодно выделяемыми ей в общих бюджетах государства и Генерального совета округа. Работы будет выполнять названная комиссия, причём, как правило, они должны проводиться на подрядной основе. Составление проектов также возлагается на неё. Кроме того, предусматривается возможность с разрешения министерства поручать отдельные исследования и надзор за работами лицам, не входящим в комиссию, на условиях оказания услуг, если её технический персонал не сможет выполнить эти задачи.

Выполнение предусмотренных работ позволит оросить 3111 га земли, то есть около 30 % от площади, орошаемой в настоящее время. Это наглядно показывает, насколько велико значение новых гидротехнических сооружений для экономики Мадейры. Государству также разрешается оказывать техническую помощь и осуществлять надзор при капитальном ремонте и усовершенствовании существующих сооружений, чтобы устранить некоторые недостатки, выявленные на практике, не отказываясь при этом от традиционных островных норм.

Что касается сооружений для производства энергии, от их создания ожидают значительных результатов: они должны не только повлиять на импорт топлива, но и способствовать развитию промышленности и других отраслей экономики Мадейры. Чтобы оценить значение предусмотренных гидроэнергетических сооружений для экономики острова, достаточно отметить, что их постоянная мощность в засушливый период достигнет примерно 5830 кВт, намного превысив установленную там в настоящее время мощность.

Решение этой важной проблемы входит в обширный общий план, который правительство намеревалось осуществить на Прилегающих островах (Ilhas Adjacentes).

На Мадейре осуществление этого плана началось со строительства дорог, которое идёт полным ходом. Уже приступили к реализации дорожного плана в округах Понта-Делгада (Тонкий мыс, Ponta Delgada) и Ангра-ду-Эроишму (Бухта Героизма, Angra do Heroísmo), а теперь на этом острове начнётся строительство гидротехнических сооружений. Таким образом соблюдается порядок, который представляется наиболее соответствующим национальным интересам.

Процентная ставка по займам, которые Генеральному совету будет разрешено заключить, не может превышать 4 %. Эти займы подлежат погашению в течение двадцати лет, а в пятилетний период выполнения работ каждого этапа учитываются по текущему счёту.

В Административную комиссию войдут лицо с большим опытом государственного управления, представитель Генерального совета, инженер-строитель, обладающий признанной компетентностью в проектировании гидротехнических сооружений, и выпускник юридического факультета, окончивший дополнительный курс политико-экономических либо экономических и финансовых наук. Их назначит правительство; первый станет председателем, а последний — секретарём.

Исполнительным органом комиссии станет директор-делегат; эту должность займёт входящий в её состав инженер-строитель. За работой комиссии будет надзирать старший инженер-инспектор Управления общественных работ, который станет сообщать правительству о ходе строительства и получит право от его имени возражать против любого решения, когда сочтёт это целесообразным.

Технический, административный и младший персонал, необходимый для работы служб, будет наниматься по контракту или за жалованье согласно действующему законодательству, по представлению комиссии и с одобрения министерства.

Технический персонал, включая членов комиссии, сможет претендовать на штатные должности в смежных службах Министерства общественных работ и связи (Ministério das Obras Públicas e Comunicações) на тех же условиях, которые декрет-закон № 26 117 от 23 ноября 1935 года установил для служащих, нанятых по контракту во временные штаты. Если эти лица уже входят в постоянный или временный штат названного министерства, на них распространяются положения декрета-закона № 30 896 от 22 ноября 1940 года; срок их пребывания в этой служебной комиссии будет засчитываться для повышения по службе и выхода в отставку как время действительной службы в соответствующем штате.

Государству и Генеральному совету возместят расходы на гидромелиоративные сооружения за счёт сбора за мелиорацию и орошение (taxa de beneficiação e rega).

Проекты гидромелиоративного освоения будут основываться на кадастре земель, получающих выгоду от работ. Он включает агрологический и земельный планы в масштабе 1/2500, а также кадастровую запись обо всех владениях, затронутых работами. Среди прочих данных в ней должны быть указаны нынешние валовой и чистый доходы каждого владения, доходы, ожидаемые после завершения работ, а также его нынешние и будущие расходы или обременения.

Кадастр и проект устава соответствующей ассоциации водопользователей (Associação de Regantes) будут представлены заинтересованным лицам для подачи возражений и в течение 30 дней выставлены в общественном месте того прихода, к которому относятся охваченные работами земли.

Административная комиссия обеспечит приобретение или отчуждение частных земель и вод, а также любых прав, существовавших до начала соответствующего освоения. Кроме того, она согласует с административными органами приобретение путём безвозмездной передачи, обмена или покупки принадлежащих им земель, необходимых для выполнения намеченных работ.

Техническая миссия, учреждённая декретом-законом № 29 718 от 26 июня 1939 года, считается упразднённой. По описи она передаст Административной комиссии приобретённые ею приборы, инструменты и материалы.

Сразу после завершения работ Административная комиссия обеспечит создание ассоциации водопользователей соответствующей левады согласно утверждённому уставу. Публичными объявлениями она созовёт водопользователей на собрание для избрания правления, которому надлежащим протоколом (auto) будут переданы сооружения и устав. Этого вопроса касается другой декрет, также опубликованный в «Диариу ду Говерну» (Правительственный вестник, Diário do Governo).

В ассоциации водопользователей в обязательном порядке войдут собственники, узуфруктуарии, эмфитевты, доверительные собственники, испольщики, арендаторы и издольщики земель, получающих выгоду от соответствующих гидромелиоративных сооружений.

Административная комиссия будет надзирать за содержанием и эксплуатацией сооружений, а также за решениями ассоциаций водопользователей. После упразднения комиссии эти обязанности перейдут к Гидротехнической службе Генерального совета автономного округа Фуншала (Serviços Hidráulicos a cargo da Junta Geral do Distrito Autónomo do Funchal).

Сбор за мелиорацию и орошение, предназначенный для возмещения расходов на гидромелиоративные сооружения, будет представлять собой фиксированный ежегодный платёж с гектара. Он рассчитывается по процентной ставке не выше 3 %, варьируется в зависимости от сельскохозяйственных и экономических возможностей земель и предусматривает возмещение расходов в течение 50 лет.

Этот ежегодный платёж представляет собой вещное обременение земельного владения. Его сумму можно взимать вместе с сельскохозяйственным налогом на недвижимость, однако она должна быть указана в отдельном документе.

Расходы на эксплуатацию и содержание каждого гидромелиоративного комплекса будут нести получатели выгоды за счёт ежегодного сбора, именуемого «эксплуатация и содержание». Его размер устанавливается вышестоящими органами с учётом работ, которые предстоит выполнить или предусмотреть, после заслушивания правления ассоциации водопользователей.

Использование оросительной воды на владениях, окончательно включённых в кадастр, обязательно. Генеральный совет или ассоциация с одобрения правительства вправе отчуждать владения, где эта вода не используется, по их стоимости до начала работ с добавлением капитализированной суммы уже уплаченных ежегодных платежей.

Если на территории, обслуживаемой левадами из утверждённого плана, имеются как неорошаемые, так и уже орошаемые владения, при распределении воды предпочтение, как правило, отдаётся ещё не орошаемым участкам, чьи собственники, арендаторы или испольщики не располагают водой, которую можно было бы экономически выгодно направить на эти земли. Если воду одной левады можно одновременно использовать для орошения и производства электроэнергии, такое использование не должно нарушать режим орошения.

После завершения строительства гидроэлектрических установок и соответствующей общей сети будет организована продажа энергии на условиях аренды — на всём острове либо по отдельным зонам, если правительство не установит иной порядок. Основой торгов станет прогрессивная арендная плата государству и Генеральному совету по ставкам, которые будут определены в технических условиях.

Полномочия, предоставленные правительству упомянутыми выше положениями, будут осуществляться через министра общественных работ и связи».

Таким образом, близится строительство нескольких левад, которые продолжат грандиозное начинание, начатое много веков назад и составляющее один из важнейших факторов процветания этого округа.

XXI — Общепринятая терминология

Всем известно, и на предыдущих страницах это было ясно показано, что левады составляют главный элемент мадейрского сельского хозяйства и один из важнейших факторов экономики всего нашего архипелага. Они оказывают и другие ценные услуги: снабжают водой для всех бытовых нужд несколько тысяч человек, живущих в местностях вдоль левад; приводят в движение множество водяных мельниц; обеспечивают водой многочисленные общественные прачечные, благодаря чему те могут работать круглый год. Так обстоит дело с обильным потоком левады Пиорнайш на протяжении более десятка километров.

Особые термины, обозначающие условия и способы работы, принятые в своеобразной системе мадейрского орошения, употребляются по всему архипелагу уже более четырёх столетий. Хотя сельские жители хорошо знают их и пользуются ими ежедневно, они всё же неизвестны значительной части городского населения, а особенно тем, кто посещает Мадейру лишь ненадолго. Именно для них прежде всего предназначена краткая «номенклатура», или «терминология», наших акведуков и оросительных каналов, которую мы здесь излагаем в общих чертах.

Левады

Хотя об этом уже говорилось, повторим: левады — это узкие каналы, проложенные в грунте и обычно сооружённые из прочной каменной кладки. Их ширина не достигает одного метра, а глубина редко превышает 50–70 сантиметров. Почти все они начинаются в центральной части острова; большинство берёт воду из потоков, текущих по руслам рек. Некоторые левады достигают десятков километров в длину. Поток, или «объём», воды. — Расход потока, или «объём» воды, текущей по каждому каналу, весьма различен, даже если весь этот «объём» предназначен для орошения одного селения. Он меняется ещё сильнее, когда общий «объём» воды, проходящей по каналу, делят на две, три или четыре части для полива стольких же разных селений. Объём каждой струи воды, используемой для орошения в одной точке, может составлять приблизительно от 12 до 30 литров в секунду непрерывного потока, то есть от 720 до 1800 пен. Одни левады несут мало воды, пригодной лишь для определённых культур; другие имеют более обильный поток и могут без различия использоваться для любого полива.

Исток левады. — Так называют места, где левада начинается или соединяется с другими каналами, а также каменные или глиняные стенки, образующие сами левады. В прежние времена на Мадейре «источником воды» называли место, где били родники, или «торнуш».

Жёлоб левады (caixa da levada). — Это сам канал без учёта текущего в нём потока воды.

Бортик левады. — Бортиками левады (mainéis) называют её стенки, особенно ту их часть, которая возвышается над прилегающей поверхностью земли.

Тропа вдоль левады (esplanada). — Это узкая тропа, которая обычно тянется рядом с левадой, параллельно ей, почти на всём её протяжении. Как правило, она служит проходом и дорогой для жителей окрестностей.

Распределительная камера. — Некоторые каналы несут обильный поток воды, который затем делят между двумя, тремя или четырьмя ответвлениями, или вторичными каналами, для орошения в разных местах. Точное распределение воды производится в специально предназначенном для этого сооружении, называемом «распределительной камерой».

Туннели. — На Мадейре небольшие туннели, или узкие подземные проходы, предназначенные для прокладки каналов, называют «фурадуш». Наиболее значительны Старый туннель левады Велья-ду-Рабасал длиной 450 метров и Новый туннель левады Нова-ду-Рабасал длиной 800 метров; существуют и другие, значительно более короткие.

Ответвление. — Когда поток делят для орошения в нескольких местах, каждую такую часть называют «лансу», или «ответвлением»; иногда она, в свою очередь, может подразделяться.

Адуфы. — Это название сохраняют небольшие «затворы», устраиваемые в бортиках, или стенках, каналов для выпуска воды в местах, где производится полив.

Оборот полива. — В широком смысле под «оборотом полива» понимают весь поливной период, который обычно длится с апреля или мая до конца сентября. В более узком смысле так называют время между поливом участка и его следующим поливом. Это число дней обычно остаётся неизменным для каждой левады, но различается у разных левад: каждый оборот длится от пятнадцати до тридцати дней. Иногда оборот делится на «малый» и «большой».

Выражение «год оборота полива» означает право земледельцев орошать свои земли на протяжении всего года, то есть в течение обычного поливного периода, на основании заключённых ими договоров аренды с государственными или частными левадами. Если говорят, что сельская недвижимость «имеет один час воды при пятнадцатидневном обороте», это означает, что она пользуется правом на орошение продолжительностью один час каждые пятнадцать дней в течение обычного поливного периода.

Ереуши

“

«В настоящее время, — сообщает нам в 1873 году выдающийся комментатор „Тоски по родной земле“ (Saudades da Terra), — ереу (heréu, владелец доли воды левады) на острове Мадейра — это владелец любой доли воды в леваде, однако первоначально так назывался земледелец или испольщик (colono), возделывавший орошаемые земли». Хотя доктор Азеведу сообщает нам, что этот термин в сходном значении употреблялся и в материковой Португалии, в современных словарях языка мы его не нашли. Нам представляется, что сегодня он используется исключительно на этом архипелаге и имеет указанное выше значение.

Как уже говорилось выше и как видно из различных законодательных актов, на Мадейре существуют несколько юридически оформленных объединений ереушей. Они состоят из владельцев воды левад и имеют собственное управление, осуществляемое «комиссией», которую избирают сами ереуши. Каждая из наиболее важных левад имеет собственное автономное управление, независимое от управлений других левад. Термин «ереу» в том же значении, которое придаётся ему сегодня, встречается уже в официальном документе 1485 года.

Судья левады

На протяжении веков государство считало себя единственным собственником вод, предназначенных для общего пользования земледельцев. Руководство всеми службами, связанными с этими водами, возлагалось на донатариев, генерал-губернаторов, а также губернаторов и генерал-капитанов. Для этого они назначали «судью», которого обычно выбирали из числа уважаемых представителей нашего общества. Постепенно ереуши освободились от этой опеки и приобрели право собственности на воду, после чего стали назначать административные комиссии. Закон предоставил таким комиссиям автономию и статус самостоятельного юридического лица при соблюдении определённых условий. Нет нужды пояснять, что этот порядок относится только к частным левадам: государственные левады, существующие немногим более века, находятся в ведении соответствующих управлений общественных работ.

Сакадаш

Так обычно называют «стены» из камней и комьев глины, которые возводят поперёк водных потоков, чтобы тайком отводить воду на прилегающие земли ещё до её поступления в акведуки, тем самым уменьшая расход воды в левадах.

Террал

Этим термином называли, а кое-где называют до сих пор, взнос каждого ереу на расходы по содержанию левад и оплату труда обслуживающего их персонала. Арендатор воды, не являвшийся ереу, «террал» не платил, но вносил на те же цели небольшую сумму, называвшуюся «платой смотрителю».

При орошении часто употребляются следующие термины: турнадору (tornadouro, место, где оросительная вода поступает на поле) — место, где поток воды поступает на орошаемый участок или возделываемую «борозду»; левадейру — работники, распределяющие воду для орошения между различными владениями; минадойру — небольшие источники, вода которых выходит на поверхность земли.

Смотрители левад

В период орошения несколько человек постоянно обходят берега левад, обеспечивая свободное течение воды и очищая канал от любых препятствий, способных ему помешать.

XXII — Левады и леса

Пусть и с некоторым преувеличением, но весьма образно где-то сказано, что «деревья — матери левад»: так выражается тесная связь между лесной растительностью и источниками, питающими акведуки, которые используются для орошения на Мадейре. Эта тесная взаимосвязь представляет собой простейшую истину, признаваемую даже самыми скромными земледельцами, и наглядно свидетельствует о необходимости энергично восстанавливать и сохранять леса — особенно на вершинах горных хребтов и прежде всего вблизи истоков соответствующих родников. Поэтому всякий раз, когда заходит речь о «левадах», нельзя не упомянуть о богатом и бесценном вкладе лесов в водные потоки, образующие эти самые «левады».

Всем известно, что покрытые лесом возвышенности чрезвычайно способствуют образованию туманов, конденсации росы и выпадению дождей. Поэтому лесной покров в целом можно считать одним из самых действенных средств привлечения дождевой воды, которая придаёт плодородие целому краю. Это метеорологическое явление легко наблюдать на Мадейре, несмотря на то что площадь острова составляет лишь 800 квадратных километров.

Сохранение воды, её постепенное проникновение в почву и равномерное распределение по горным склонам в значительной мере обеспечиваются благотворным присутствием лесов. Так питаются ключи и родники и образуются обильные и драгоценные источники. В противном случае дождевая вода превращалась бы в более или менее бурные потоки, причиняла огромный ущерб прилегающим землям и вдобавок уходила бы по каменистым руслам рек.

Более или менее равномерное распределение дождевой воды, которому способствует сохранение крупных лесных массивов, не только предотвращает частое смывание значительных площадей пахотной земли, как уже было сказано, но и укрепляет многие уже возделываемые участки, приносящие ценную сельскохозяйственную продукцию. Без преград, сдерживающих ливневые потоки, они были бы уничтожены их стремительным напором. Несомненно, это неоценимая, хотя и косвенная услуга, которую леса оказывают важнейшей и наиболее распространённой отрасли хозяйства Мадейры, одновременно предотвращая неисчислимый ущерб.

Многолетний опыт неопровержимо показывает, что водность левад уменьшается прямо пропорционально уничтожению лесов. Правда, благоприятные климатические условия и освоение новых родников отчасти восполнили эту прискорбную потерю, однако бедствие продолжается и грозит принять пугающие масштабы. Никто не может сомневаться, что со временем, если уже ставший традиционным вандализм не прекратится, объём оросительных вод сократится до весьма скромных величин. Это глубоко затронет сельское хозяйство, которым живёт семьдесят процентов населения Мадейры, и неизбежно приведёт к серьёзному и, возможно, непоправимому нарушению равновесия во всей экономике архипелага.

Поэтому вовсе не назойливая настойчивость и не неуместное повторение — пусть даже в миллионный раз — вновь обратиться к «старой и избитой», но всегда новой и актуальной теме облесения наших гор.

Суровые меры, которые правительство метрополии принимало для борьбы с уничтожением лесов этого острова, имеют давнюю историю. Самый ранний известный королевский указ Жуана II датируется 1493 годом; за ним последовало обнародование других законодательных актов, в частности знаменитого Лесного устава (Regimento das Madeiras) 1515 года, уже названного подлинным «Лесным кодексом Мадейры». Некоторые из этих указов содержат прямые положения о пользе лесов для родников и предписывают постоянно охранять эти источники, чтобы использовать их для столь важного дела, как орошение. Со временем принимались и другие меры — например, королевский указ Жуана IV от 12 января 1641 года, в котором столь сурово осуждается пагубный обычай «всё сильнее опустошать наши горы непрерывной и всё возрастающей вырубкой лесов, нанося ущерб необходимой конденсации атмосферной влаги, режиму дождей и, следовательно, водности левад и источников».

Мы не касаемся благотворного влияния лесов на различные стороны климата, их использования в качестве топлива, корма и сырья для некоторых отраслей промышленности, а также прочих полезных способов их применения, поскольку всё это не относится к частной теме данной главы.

XXIII — Законодательство и библиография

Для тех, кто хочет подробнее ознакомиться со столь важным для нашего края вопросом об акведуках и источниках, используемых для орошения, который мы здесь лишь вкратце обрисовали, мы кратко перечислим основные законодательные акты и наиболее известные труды, непосредственно относящиеся к этой теме и содержащие весьма ценные материалы для её изучения:

Из всех перечисленных законодательных актов основополагающими документами, образующими подлинную правовую основу существования левад, следует считать королевские грамоты 1493, 1515 и 1563 годов и декреты 1841, 1888 годов, 20 апреля 1914 года, 14 февраля 1931 года и 21 октября 1943 года, хотя и остальные содержат ценные сведения для желающих подробнее ознакомиться с этим важным вопросом.

Среди опубликованных трудов о левадах Мадейры особенно выделяются три — благодаря сравнительно большому объёму, полной беспристрастности и признанной компетентности их авторов. Ни один из них не представляет собой обобщающего исследования: рассматривая предмет с узких точек зрения, авторы не стремились изучить его полностью, а лишь изложить отдельный вопрос, которым намеревались заняться. Тем не менее несомненно, что все эти труды содержат ценные данные и сведения, необходимые для любого будущего исследования. Вот они: «Обращение к правительству по поводу оросительных вод на Мадейре» (Representação dirigida ao Governo acerca das águas de irrigação na Madeira), поданное председателями нескольких объединений ереушей, составленное доктором Кирину Авелину де Жезушем и опубликованное в 1897 году в виде 34-страничной брошюры; «Общий план распределения вод левады Серра-ду-Фаял» (Plano Geral de distribuição das águas da Levada da Serra do Faial) инженера Адриану Аугушту Тригу — том объёмом 138 страниц, опубликованный в 1911 году; «О водах в португальском гражданском праве» (Das águas no Direito Civil Português) доктора Гильерми Алвиша Морейры, опубликованная в 1920 году работа, содержащая развёрнутую главу № 21 под названием «Приобретённые права на воды и левады Мадейры» (Os direitos adquiridos sobre as águas e levadas na Madeira).

Предоставление концессий или присуждение подрядов на левады, распространение на Мадейру действовавшего в материковой Португалии водного режима и проекты продажи этих левад вызвали продолжительные и ожесточённые споры в фуншальской печати, в которых политическим страстям, интересам и ненависти досталась немалая и прискорбная доля. Тем не менее несомненно, что эти статьи, которых насчитывается около ста, содержат ценный материал для тех, кто пожелает подробно изложить историю этапов, через которые прошли управление мадейрскими левадами и руководство ими.

Особенно полезно обратиться к газете «Диариу ду Комерсиу» (Diario do Comercio) за август и сентябрь 1896 года; к той же газете за март, апрель, август, сентябрь и октябрь 1897 года и апрель 1898 года; к «Диариу Популар» (Diário Popular) за июль, август и ноябрь 1897 года и апрель, май и июль 1898 года; к «Диариу ди Нотисиаш» (Новости дня, Diário de Noticias) за май 1897 года и апрель и май 1898 года; а также к «Коррейю ду Фуншал» (Correio do Funchal) за январь и февраль 1897 года. Многочисленные статьи фуншальской печати о проекте продажи левад 1916 года, опубликованные в феврале и марте того же года, были собраны в том объёмом 196 страниц под названием «Печать и три проекта» (A Imprensa e os três projectos).

На страницах газеты «У Жорнал» (Газета, O Jornal) под общим заголовком «Важнейшая проблема» мы опубликовали серию статей, в которых отстаивали необходимость строительства ещё нескольких левад, сохранения и улучшения уже существующих, а также освоения новых источников, чтобы увеличить объём их стока.